Полгода

Но я также вижу, как люди сворачивают со своей дороги, и, утопая в тягучей грязи сплетен, лицемерия, осуждения, спотыкаясь о камни гордыни, эгоизма, пробираясь через бурелом обид, презрения, идут чужим путем, кляня судьбу за несправедливость. А судьба дает только то, что человек заслужил.

Жизнь каждого человека – это отдельная история, которую я записываю в книгу в зеленой обложке с красными и желтыми нитями на ней. Эта книга не имеет конца, в ней столько страниц, сколько историй.

Но у меня есть вторая книга, особенная.

Я ее храню на полке у окна, за которым расстилается вселенная. Обложка соткана из желто-красных лучей солнца, морозных узоров и дуновения летнего ветерка, из весенней зелени и золотистой осени, из бушующего океана и тихой искрящейся речушки. По корешку растекается любовь мягкая и нежная, добрая и надежная, искренняя и безусловная.

В эту книгу я записываю уникальные истории, но не о королях и королевах, президентах и миллиардерах, о которых знает весь мир, как можно было бы подумать.

Нет, здесь истории жизней, которые я называю «пробуждением»: от долгого сна, забытья, в котором, порой, люди пребывают всю жизнь. Их я записываю не торопясь, наслаждаясь каждым моментом «пробуждения» человека.

Я завариваю себе напиток из цветков роз или магнолии, жасмина или тимьяна, добавляю несколько ягод клубники или малины, вишни или облепихи, иногда добавляю ложку меда и сажусь писать за стол перед окном.

Я заметил, что люди по большей своей части спят, несмотря на то, что делают свои обыденные дела.

Спят, когда едят, идут по улице, работают, женятся и, даже занимаются любовью. Этакий сон наяву.

Мне отсюда все хорошо видно. Я вижу каждого человека, их души, я наблюдаю за каждым с момента его рождения до последнего вздоха. Примечательно, что каждый новорожденный поначалу записывается во вторую книгу, а потом, по мере взросления, мне приходится брать первую и продолжать писать его обыкновенную историю.

Я распахнул окно и до моих ушей, перекрывая громкий многоголосый гул, донесся тихий женский голосок.

Слова, переполненные отчаянием, болью, мольбой и надеждой, смешались со стоном души и слезами.

Я улыбнулся. Наверное, стоило бы проявить сочувствие к плачущему человеку, но я был рад. Потому что она встала на тропу изменений.

Глава 1. На пике боли. Встреча с ангелом-хранителем

Поприветствуйте меня в рядах обманутых неверными мужьями жен! Да, я теперь одна из миллионов несчастных, которые не знают, как жить дальше.