За горизонтом событий

Можно было бы преподнести историю, как некий анекдот или притчу, но получалась тогда фантастика антинаучная, а таким образом он не хотел дебютировать как литератор, потому что не знал особенно успешных примеров книг в этом жанре. Ворваться в большую литературу хотелось, что называется, с низкого старта, так, чтобы прямо с первого романа попасть в число если не знаменитых, то хотя бы известных авторов.

Глава 2.

Может, потому что фамилия его начиналась с отрицательной частицы «не», к своим сорока с куцым хвостиком годам Александр Невструев ещё не успел смириться с тем, что всю жизнь будет неудачником.

Несмотря на все предпосылки, коих было предостаточно. Для него всё ещё были актуальны рассуждения на тему: «Ну не может же так случиться, что у меня никогда не будет ни спорткара, ни яхты, ни пентхауса у Сентрал Парка, ни виллы с бассейном на берегу Средиземного моря». То, что в столь почтенном возрасте он оказался рядовым охранником в торговом центре, Александр расценивал вовсе не как катастрофу, а как переход на новый уровень развития, как возможность, наконец, стать писателем.

Когда Саше было четырнадцать, он за три дня проглотил «Мастера и Маргариту». Прочитав последние слова романа, он какое-то время посидел в оцепенении. Потом закрыл книгу, выключил свет и подошёл к окну. Была зима и поздний вечер. В совершенно чёрном небе сияли звезды. Мальчик смотрел на них долго, пока они не расплылись в его повлажневших от умиления глазах. «Господи, как же здорово!» – подумал он и рассмеялся негромко.

Потом смахнул слёзы и навсегда захотел писать добрые и мудрые книги.

После этого Александр долго ещё даже не пытался ничего писать, понимая, что сначала необходимо познать жизнь и понять людей. Вдохновлённый примерами Михаила Афанасьевича и Антон Палыча, которого тоже очень любил, Саша решил получить медицинское образование. Кроме того, он захотел узнать, как изнутри устроен основной предмет его интереса – Homo Sapiens, какова физиология человеческого мышления.

К тому же медицинская специальность подразумевала постоянное общение с самыми разными людьми и, как следствие, максимально быстрое пополнение багажа жизненного опыта.

Александр прилежно учился, потом также работал. На двери его кабинета в психоневрологическом диспансере крупного областного города много лет латунно блестела табличка «Зав. отделением А.Н. Невструев». Но он не отдавал медицине всю душу. Наблюдал за собой как будто со стороны.