За горизонтом событий

Жена оставила этот разговор на долгие десять лет, чтобы вернуться к нему с началом спецоперации в феврале двадцать второго года, которая и стала вторым обстоятельством, подвигшим чету Невструевых к иммиграции.

– Ты же не хочешь, чтобы тебя забрали воевать в Украину?

– Не в Украину, а на Украину. Да кому я нужен, Ань? Я уже старый, – не очень уверенно возразил Невструев.

– Прежде всего ты лейтенант медицинской службы в запасе. И не такой уж старый.

Он был старше супруги на восемь лет. Когда они познакомились в 2010 году, Ольга была студенткой-третьекурсницей, а Александр уже окончил институт и два года работал доктором.

– Ну и схожу если что. Мне ж не с автоматом бегать. Денег заодно заработаю, там неплохо платят, – ответил он.

– Солдат удачи, – насмешливо произнесла жена. – Ты ещё скажи страну и господина президента в его благих начинаниях поддержать хочешь.

– В этом конце концов мой долг, как бюджетника.

– А почему в этой ситуации нужно кого-то поддерживать? Вот представь себе близкую для тебя ситуацию.

Отделение это твоё для пограничных состояний. Подрались два пациента. Санитар должен их разнять или встать на сторону того, к кому он по генетике ближе? И потом. Никогда, никто за всю историю человечества не был прав, когда нападал первым. Даже в уголовном праве, тот, кто первый ударил, тот и не прав.

Он улыбнулся её остроумию.

– Ты слишком всё упрощаешь…

Тогда жена использовала аргумент, который сразил его наповал:

– Но в Израиле ты сможешь наконец написать свою первую большую книгу.

Полгода мы будем получать деньги от государства. Всё это время ты сможешь не работать и спокойно писать.

Или из-за войны процедура репатриации упростилась, или сказалась принадлежность предков Анны к элите еврейского народа, но уехать им удалось очень быстро.

По приезде оба получили израильское гражданство. Однако планам на творческий отпуск не суждено было сбыться. Денег, вырученных от продажи приличной трёхкомнатной квартиры в центре российского города-миллионника, хватило лишь на первый взнос в ипотеку за захудалую студию с одной спальней в далеко не самом фешенебельном районе Холона – города-спутника Тель-Авива и на десятилетнюю Мазду.

Пособие для новых граждан – так называемая «корзина абсорбции» – уходила на пропитание и коммуналку. На ежемесячные ипотечные выплаты и прочие нужды денег не было.

Александр сам завёл разговор о необходимости кому-то идти работать.