Обрушение

– Ты обратила внимание на то, что особо никто из семьи не убивался? Шейла – это отдельный случай. Её переменчивое настроение подозрительно. Скалывалось впечатление, что я смотрю дешевый спектакль. Эмоции Шейлы нельзя отнести к разряду искренних.

– Горе каждый воспринимает по-разному, Рей. Но то, что все трое вели себя максимально сдержанно, да, это настораживает. Главный в доме – Нэд. Шейла боится его, что уж говорить о девочках. Если он применяет домашнее насилие, это многое объясняет. Реакция матери на смерть ребёнка неоднозначна.

Лола тоже весьма непростая штучка. Не хотелось допрашивать её при отце. Нэд не дал бы ей и слова вставить.

– Хочешь сказать, что Нэд регулярно применяет грубую силу? Бьет их?

– Наверняка. Интересует больше, мог ли он насиловать своих дочерей!? – я резко затормозила на светофоре, чуть не проехав на зелёный свет.

Рей почесал затылок и задумался.

– Вызовем Лолу в участок?

– Да, но чуть позже. Что-нибудь нашлось на Фостера?

– Он работает в автосервисе, ремонтирует тачки.

Приводов нет, несколько штрафов за превышение скорости, больше ничего.

– Теперь посмотри Шейлу.

Рей многозначительно посмотрел на меня.

– Уже. Тебе понравится. Шейла числится безработной. Кстати, ей сорок два года. В карточке указано, что в возрасте тридцати лет она проходила лечение в психиатрической лечебнице.

– Вот! Это то, что надо. По крайне мере, странная реакция теперь объяснима. С каким диагнозом?

– Биполярное расстройство.

Он выждал с минуту, чтобы до меня дошёл смысл слов, затем перевел взгляд на дорогу.

Я задумалась. Никак не могла вспомнить, госпитализируют с таким диагнозом в психиатрические больницы или нет. Рей будто считал мои мысли.

– Глория, зачем забивать этим голову? Твой муж психиатр, не проще ему позвонить?

Я искоса посмотрела на него и улыбнулась:

– Именно это я и собиралась сделать.

– Неужели ты всерьез думаешь, что мать убила дочь? – он с любопытством посмотрел, развернувшись вполоборота на своём сиденье.

– Такое сплошь и рядом. Достань в правом кармане моего пиджака телефон и набери Гейба.

Рей покорно повиновался. Набрал номер и поставил на громкую связь. Несколько минут мы слушали длинные гудки. Когда Рей уже собирался сбросить вызов, трубку сняли:

– Прости, дорогая, не мог сразу ответить, – послышался сладостный и мелодичный голос мужа.

– Извини. Не хотела мешать, но полиции снова требуется консультация психолога.