Инстинкт выживания

Но все это выглядело невыполнимой задачей. Я подвергалась каким-то ограничениям: не общайся с теми, тебе лучше не разговаривать с этими…

– Объясни, что со мной не так? Почему ты постоянно отгораживаешь меня от себя и нашего мира? Я волнуюсь, если честно. Это не похоже на обычную родительскую заботу, к другим так любящие родители не относятся.

В столовой стало тихо. Я тяжело дышала, с вызовом уставившись на отца, а он мрачно и задумчиво смотрел на меня.

– Ладно, – сдавленно пробормотал он. – Раз ты так просишь.

Скажу. Не хотел я сообщать тебе об этом, собирался оградить от проблем, которые тебя не касаются. Но видимо, действительно нужно. Ты ведь не оставишь это так…

Помотала упрямо головой, поджимая губы.

– Говори. Я жду! – бескомпромиссно выпалила я, складывая на груди руки и вновь усаживаясь за стол. – Не маленькая и постараюсь понять…

Последовал новый тяжелый вздох, новый оценивающий взгляд.

– Мы с твоей мамой занимались научными разработками, как ты прекрасно знаешь.

Это был госзаказ… у нас была надежная охрана, финансирование. Все шло хорошо, препарат был почти завершен, оставалось добавить несколько ингредиентов, провести испытания и все. Но в «верхушке» кому-то стало не выгодно, чтобы мы его закончили. Проект попытались закрыть. Но произошло столкновение интересов: одни твердили, что нельзя закрывать, так как было вбухано много средств, другие яростно этому возражали. И произошло нападение. Стаю, что нас укрывала – вырезали. Твоя мама оказалась в числе погибших. Нам с тобой чудом удалось скрыться. Что было дальше, ты знаешь.

О, я хорошо помнила, что тогда было. Иногда прошлое приходило мне в кошмарах или напоминало припадками при каждом волнении с того дня.

– Помню, – согласилась я, нахмурившись. – Но я все это знаю, ты рассказывал. И тем не менее я не понимаю… Все ведь в прошлом, проект закрыт. Чего ты боишься?

Я действительно не понимала его беспокойства. Насколько мне было известно, тогда все было уничтожено: и лаборатория, и сами препараты.

Нас никто не искал. Что это с отцом тогда? Лишняя подстраховка?

Взгляд, которым меня одарил отец, был непонятен. Он явно не собирался изливать душу, говорить о сомнениях, терзаниях и сожалении. На его лбу появилась глубокая морщинка. Он недовольно скривился и бросил короткое:

– Если нас оставили в покое, это не значит, что мы в безопасности. Я разрабатывал экспериментальный препарат вместе с твоей мамой, а значит, много знаю.