Император с Земли

В его представлении людоедство и империя являлись взаимоисключающими понятиями, и землянин в этом вопросе был с аристократом согласен.

Контейнеры с ценной добычей заняли места на гравиплатформах, и экспедиция отправилась к последней точке.

Рваный плюнул на ржавый шест с потрескавшимся черепом – так дикие обозначали свою территорию. В этой части Мира добытчик никогда не был, но он не считал удачей забраться так далеко – ведь предстоял еще обратный путь.

Отряду пока встречались только крошечные группы диких – воины поднимали врагов на копья, а обладатели оружия железномордых умело выбивали самых опасных противников.

Хранители долго шептались после того, как добытчик обнаружил мертвое поселение диких. Рваный насчитал пять десятков поверженных врагов, затем он сбился, разгибая пальцы. Проктор Фелмор брезгливо ощупывал обгорелые дыры – только оружие людей огня оставляло такие раны, но они уже давно не покидали свои уровни. Тела были как будто разорваны изнутри, едкая вонь от куч мусора и содержимого кишечников диких мешала дышать, но воины деловито ворочали мертвых в поисках ценных вещей.

Тогда-то враги и напали – небольшой отряд выметнулся из дальнего туннеля, сразу же бросившись в атаку. Четыре десятка диких громко вопили, потрясая своим нехитрым оружием, их босые ноги кровоточили, а грязные волосы слипались от пота. Проктор выкрикнул сигнал сбора, и бойцы спешно построились в шеренгу, подняв копья.

Стрелки успели положить нескольких диких, затем враги проломились сквозь редкий строй.

Истошный вой, который издавали враги, не пугал людей – воины уже знали, с чем им придется столкнуться, проктор взял в поход лучших.

Злость придала Рваному сил, и он, скользнув за спины нападающих, обрушился на врагов. Первым повалился дикий, с воем всаживающий копье в живот уже мертвому воину, добытчик отработанным движением полоснул врага по жилистой шее. Соседний враг повернулся к новой угрозе, замахиваясь ржавой железякой, и тут из его грудины выскочил наконечник копья.

Перед Рваным оказалась женщина, она хрипела оскаленным ртом, размахивая заостренной палкой. Привычно поднырнув под неуклюжий замах, добытчик достал врага, вбив острие клинка прямо под обвисшую грудь.

Рваный тяжело вздохнул, вытирая пот, – враги закончились, а воины дорезали воющих диких. Клинок людей огня снова доказал свою ценность – не зря в свое время за него пришлось отдать три десятка светящихся пластин.