Ты моя фантазия

Тогда, чего же ты хочешь, Селин?

– Легкости! – выдаю я первое, что приходит на ум. Зигмунд согласно кивает и ждет продолжения. – Отсутствие каких-либо обязательств. Возможно, я даже не хочу знать о мужчине ничего, но при этом не бояться, что на самом деле он какой-нибудь латентный психопат. Точно, – задумываюсь я, – не хочу его знать, но хочу быть уверенной, что мне ничего не угрожает. Вот чего я хочу.

– Теперь ты понимаешь, почему спала со своим другом? – улыбается Зигмунд. – Спокойной тебя делает информация.

Только она позволяет тебе довериться мужчине, а доверие, в твоем случае, является определяющим фактором в решении спать с ним или нет.

– Думаю, что каждая уважающая себя женщина именно этим фактором и руководствуется. Мы живем в опасном мире, где повсюду ложь, предательство и преступления.

– Вовсе нет. Есть женщины, которые заменяют доверие собственными ощущениями.

– Ты о предчувствии? – усмехаюсь я.

– Нет, Селин. Я говорю об ощущениях, которые вызывает мужчина. Для тебя это обретает форму слов, из которых складываются предложения, формируя общую информацию о человеке.

Своего рода досье, которое собирается в папочку и занимает свое место в твоей голове. Но другие женщины отдают предпочтение своим ощущениям. Они доверяют им больше, чем сухой информации, сотканной из букв.

– И что же это за всемогущие ощущения такие?

– Запахи. Движения человека. Его внешность и отдельные её черты. Голос. Дыхание. Но главный и завершающий элемент – твоя собственная фантазия.

– Не фантазии, а иллюзии, которыми женщины фаршируют себя, как куриц на праздничный стол, – скептически поправляю я.

 – Согласна, запахи, внешность, голос и всё прочее – это детали, возбуждающие интерес и желание. Но в случае с совершенно незнакомым человеком, о котором абсолютно ничего не знаешь, они не сработают. Я не стану спать с мужчиной, у которого красивый голос, чьи руки крепкие и покрыты выпирающими венами. Да, я обращаю на это внимание. Каким бы привлекательным он не был, я должна узнать его прежде, чем даже разочек с ним переспать.

– И много их было? – поджимает Зигмунд губы, стараясь не засмеяться.

– Кого?

– Мужчин, которых ты сначала долго и муторно изучала, чтобы хоть «разочек» с ними переспать?

– Начнем с того, что это мое личное дело!

– Что и следовало ожидать, – кивает Зигмунд. – Сколько тебе? Двадцать семь? Думаю, девственность ты потеряла в промежутке с семнадцати до девятнадцати, с одноклассником или давним-давним другом.