Классный учитель

– Может, еще не пропела, а? – подмигнул Тимохин Тамаре.

Та скептически хмыкнула.

Продолжалась оживленная беседа, когда в помещение вошел служитель церкви – черная ряса до пят, скуфья, небольшая бородка не оставляли сомнений в профессиональной принадлежности вошедшего. Когда он подошел к столу, все замолчали и уставились на него.

– Да мы еще не успели нагрешить! – нашелся Небосенко.

Реплика разрядила ситуацию, над столом вновь раздался оживленный гомон.

Тимохин встал и протянул руку мужчине.

– Привет, Коля, – сказал он и спросил остальных:

– Что – только я узнал Коляна?

Что тут началось! Разгоряченные спиртными напитками, все зашумели, повскакивали со своих мест, окружили Николая.

Расталкивая остальных, то и дело повторяя «да ладно», к Николаю подошел Небосенко.

– Ну, привет, Колян, – он также протянул руку.

Николай с теплой улыбкой ответил.

– Пойдем за стол, – Юра обнял одноклассника за плечи и повел ближе к своему месту, – я готов исповедаться.

Под общий хохот и гам расселись обратно.

Откуда-то послышалось: «Опять за старое, Небосенко».

Налив Николаю водочки и жестом пригласив остальных наполнить рюмки, Юра встал с места для произнесения тоста.

Все притихли.

– Ну что, простишь, что докапывался до тебя всю школу, а? – спросил Небосенко.

– Бог простит, – кротко ответил Николай.

Возникла неловкая пауза, Небосенко, видимо, не мог с ходу придумать остроумного ответа.

– И меня заодно, – продолжил мысль Николай и взялся на рюмку.

Старые недруги чокнулись и выпили.

Загалдели с новой силой, Николай на полчаса стал центром всеобщего внимания. Его род занятий вызывал интерес у всех присутствующих, которые из первых рук желали узнать ответы на самые разные вопросы, начиная от «Как проходит обряд крещения?» до «Существует ли Бог на самом деле?».

Тимохин посмотрел на часы. Видимо, все, кто хотел, пришли. А кое-кто из женщин уже засобирался домой. Он встал и постучал вилкой о рюмку.

Присутствующие затихли, взялись за рюмки, ожидая тоста, но Тимохин рассказал им о другом. Он поведал о печальной статистике, стараясь отследить все грани эмоций на лицах одноклассников. Страх, тревога, паника, безразличие, и в то же время нескрываемый интерес. Никто из одноклассников, Тимохин готов был поклясться в этом, не продемонстрировал реакции, которая выдавала бы удовлетворение или радость от получения информации о произошедшем.