Заплаканные жизни. Триллер

– Ммм… как мило! Ваше Величество, а Вы так и отправитесь в школу как подстрелыш? Пальтишко то маловато, или нынче это модно? А-ха-ха… – залилась смехом женщина.

Полина натянула одежду и со всего размаху хлопнула дверью, быстрым шагом поспешила из дому по направлению к школе.

– Господи, как же я вас ненавижу, как же вы меня все бесите, тупые батраки и шутки у вас тупые, и рожи у вас глупые! Скорее бы уже свалить из этого сарая в нормальную жизнь! Вот уеду и больше ноги моей не будет в этом доме.

«Ваше величество вы прямо так и пойдёте?», тьфу глаза бы мои тебя не видели и уши бы мои не слышали, ненавижу… Подстрелыш? Сама ты подстрелыш, дя-рё-вня!!! – она бежала все быстрее и быстрее по замерзающей улице, браня своих родителей и мечтая о новой прекрасной жизни без них.

– Тебе ни кажется милая, что ты слишком строга с ней!? – забеспокоился привставший Федор, выглядывая в окно.

– Да что значит строга? Хм… я считаю за такое нужно было бы высечь и как следует. Так что нет не слишком, даже очень не слишком!

– Ну ни знаю дорогая мне вот, например, думается, что это не выход и не метод! Что ты хочешь доказать ей таким способом? Вот поверь, в её голове все наши действия, тем более такие, порождают только ненависть! Добром надо как-то ребёнку объяснять! Исключительно добром! – вдохновенно рассуждал он.

– Добром?! Она значит деньги воровать будет, мешки резать, соседей грабить, а я ДОБРОМ!? Она мне на голову срать будет, а я что, улыбаться должна? «Да ты в своём уме Федь?» – женщина замялась и даже сделала некоторую паузу, думая над тем, что говорит.

– Ну… предположим ты прав, про добро. Но ни уж то мы не говорили по-хорошему, неужели не пытались донести, объяснить? Ты что же хочешь расписаться в собственной беспомощности и несостоятельности как отце, как родителе, как главы семьи в конце то концов? И значит ты полагаешь что даже моя мать с её опытом работы педагога и вообще с её дотошным характером не пыталась что-то исправить и как-то по нормальному поговорить с ней? – возмущалась обиженная супруга.

Но на эту страстную речь у Феди было исключительно своё мнение.

– Ничего я не полагаю… беседовали ни беседовали, не важно.