Тайна Холли

Не тот ли это замечательный союзник, которого привлёк на свою сторону Эндрю Миллинг? Человек? Нет, исключено: людей он ненавидел!

– Ну, тогда проводи меня к нему.

Я терпеливо ждал, не добавит ли он «пожалуйста», но так и не дождался. Это как-то мало соответствовало понятию «вежливость», которое мы изучали на человековедении. Этот тип нравился мне всё меньше и меньше.

– Чего ты ждёшь? – раздражённо спросил мужчина, посмотрев на часы. – У меня мало времени.

Больше всего мне хотелось на него зашипеть, но вместо этого я сказал «Пройдёмте».

Впрочем, это оказалось лишним, так как в этот момент дверь одного из кабинетов распахнулась и оттуда, как сурок из норы, выскочил Айсидор Элвуд, отец Лу и наш учитель превращений.

– Что здесь происходит? – недовольно проворчал он. – Караг, ты… – Тут Элвуд заметил гостя и сразу же сменил тон. – О, добрый день! Добро пожаловать в школу «Кристалл». Чем могу помочь? – дружелюбно спросил он.

Хотя было очевидно, что я здесь больше никому не нужен, к тому же пропускаю занятие, я продолжал стоять, слушая их разговор, и не поверил тому, что услышал в следующий момент.

– Меня зовут Крамп, – коротко представился чужак. – Я новый опекун Холли Льюис.

Когда я ещё жил в горах, то, вероятно, спросил бы: «Какой ещё «пекун»?» Но теперь я намного лучше, чем хотелось бы, разбирался в том, как государство заботится о детях и подростках-сиротах.

– Я считаю, мне срочно необходимо о ней позаботиться! – заявил мужчина. – Мне кажется, вы её безнадёжно запустили.

Я ошарашенно смотрел на него. Я знал, что Холли сирота – её родителей съели хищники, когда те были в зверином обличье. И то, что Холли никто не усыновил, поэтому по выходным она не ездила домой, мне, разумеется, тоже было известно. Но я не слышал, чтобы её кто-то опекал: по крайней мере, она ни разу об этом не упоминала.

Пару мгновений мистер Элвуд казался таким же ошарашенным, как и я.

Потом он с недовольной миной обратился ко мне:

– Караг, можешь сходить за Холли? Похоже, она здесь нужна. Проводи её в мой кабинет!

Я молча кивнул.

Несколько пар глаз уставились на меня, когда я вошёл в класс после начала урока: одна только Хуанита вытаращила на меня сразу восемь глаз; она, как обычно, висела в обличье паука под потолком в углу кабинета.