Врачевательница

Вскоре Хенрика позабыла о гнусной попытке одерта обесчестить ее и научилась вновь наслаждаться подаренным ее стране спокойствием. Но один престранный случай все изменил.

Дом Эсбертов пустовал: экономка взяла выходной, конюх по имени Нентер отлучился к соседской горничной, а называть живым существом мать Хенрики, спавшую непробудным сном после бутылки виски, никому не приходило в голову. Бабка девушки ушла на базар с молоденькой служанкой, отец и брат же трудились в поле. Чистокровные аристократы, они не гнушались физической работы и иногда помогали крестьянам.

Начиналась пора, когда необходимо было подготовить землю к посеву, рук не хватало. Хенрика же ворковала над своими тепличными травами. Многие из растений, которые она выращивала, слыли крайне редкими, поэтому она очень их берегла.

Сквозь крышу теплицы и ее стеклянные стены, покрытые росой, лился солнечный свет. Внутри пахло свежей зеленью с примесью чего-то резкого, лекарственного. Врачевательница привела в надлежащий вид тридцать с небольшим растений и теперь, напевая лирическую песенку, состригала сухие листики с ветвей пушистого растеньица.

Ее мысли витали где-то далеко от земной суматохи, поэтому она не услышала зов незнакомого мужчины у ворот. Лишь спустя какое-то время Хенрика заметила высокую фигуру в черном, маячившую за окнами теплицы. Чтобы узнать в ней одерта, особого дара не требовалось. Нелепые рубашки с высоким горлом и кучей пуговиц, свободные брюки из бархата и дубленки носили только они.

Одерт вошел в теплицу и угрюмо глянул на Хенрику, заставив ее съежиться и вспомнить о недавно пережитом ужасе в лагере.

– Доброго вам дня, госпожа, – промолвил он. – Меня послал за вами виктигт, мол, поговорить ему с вами надо бы.

На лице Хенрики отразилось изумление. Хоть его новость ее и огорошила, она постаралась скрыть свои эмоции от незнакомца. Девушка сжала покрепче в руке ножницы и, набравшись храбрости, дрожащим голосом произнесла:

– Нет.

Одерт недовольно покосился на Хенрику и молчал минуту-другую.

Ему во что бы то ни стало нужно было уговорить врачевательницу пойти с ним, но он не отличался чуткостью и знал об этом.

– Как это нет? – недоуменно спросил одерт. – Так ведь… виктигт зовет.

– Если ему надо поговорить со мной, так пусть явится сам, – сказала Хенрика, уверенная, что виктигт никогда на это не пойдет.

Одерт захохотал и качнул головой:

– Нет уж, госпожа. Виктигт Ингвар не ходит по тутошним повитухам, дабы учинять разговоры.