Божья кровь

– Значит, все-таки женщина… Ну, Лагаза, так Лагаза! Встречали, так встречали…– уже ничему не удивляясь констатировала я.

И вдруг откуда-то снизу послышался сначала негромкий, а потом все более грозный рык. Я опустила глаза и увидела, как у, до сих пор важно восседавших у моих ног, псин шерсть на холке поднимается дыбом. Обе морды угрожающе развернули свои носы к лесу, не сговариваясь встали и осторожно двинулись в сторону «зеленки».

Это послужило сигналом, и в следующее мгновение поляна опять пришла в движение, мой хитрый мозг опять взял тайм-аут… А вот ВладимИр на это раз действовал гораздо увереннее и четче и после пары его команд вокруг нас образовалось плотное полукольцо.

Сам же старший строил уже моих мужиков.

– Ваша задача – довезти ее до Лагазы! Но верхом можете не успеть оторваться, – «обрадовал» он парней.

– Не дергайся, мы верхом и в спокойной обстановке ста метров не продержимся – не умеем! – «утешил» Вадим.

 – А машина-то на что? Олег на ней уж как-нибудь от ваших коков оторвется.

– Не коков, а клёков, – поправил ВладимИг (интересно, как его мама в детстве звала? Владиком, или Мириком?) и как-то даже снисходительно спросил: – А защищать ее кто будет? Вы же ее стража? А один может не справиться.

– Так дай нам кого-нибудь еще! – резонно предложил Вадим.

– Не могу.

Наша задача не допустить клёков к Пределу. Ваша задача – через него перебраться и доставить ее Ведунье. Вон, видите речку? Это и есть Предел. Переедете через мосток, будете в безопасности. Клёки воды боятся. А та вода – непростая – Лагазой заговоренная.

– А поляну чего ж не заговорила? – вклинилась я.

– Ей сюда хода нет, – терпеливо ответил Мирик (будем звать его так), хотя уже в который раз нервно оглядывался на происходящее на опушке.

 – Да и мы сюда без нужды не приходим. Сейчас вот тебя, славная, встречали. Прости, мы не сразу поняли, что ты женщина.

– А я тебе говорил, что ежик – это уже через чур! – встрял Олег

– Ага! А по-твоему, я в сорок лет должна с косами ходить, как престарелая русалка?! – Я аж подпрыгнула от возмущения, вмиг припомнив наш яростный спор, разгоревшийся после моей последней стрижки.