Божья кровь

Сознание закипело настолько, что ощутив нехватку кислорода, вместо выдоха отработанного воздуха, дало легким команду на вдох, и я стала хватать ртом воздух, рискуя разорвать грудную клетку.

Я закашлялась, одновременно пытаясь донести до присутствующих, что несмотря на все безумие происходящего, это – уже слишком. Правда понять это из вылетавших из меня звуков никто был не в состоянии.

– Ну вот, допрыгались, – как-то даже виновато констатировал попугай, на этот раз тихонько, приземлившись на лобовое стекло. – Эй, ты поосторожней с ней, а то поломаешь еще, вон какой кабан! – тут же гаркнул он на еще раз занесшего над моей спиной руку Вадима.

Но я уже и сама успокоилась и спасительная психика вновь вывела меня из крайнего возбуждения в совершеннейшую апатию.

– Ладно, – устало махнула я рукой. – Давайте уже куда-нибудь доедем. А то и правда скоро темнать начнет. Да и есть хочется.

Что-что, а уж мой друг–аппетит не покидал меня практически никогда. Даже в трудную минуту. Правда, тут мог бы, конечно, и потерпеть.

Хотя бы ради приличия. Вдруг здесь есть вообще не принято? Особенно богиням…

– Да принято, принято, – высунула из-под лавки свой наглый нос Динка, никогда не упускавшая случая разделить со мной трапезу. Впрочем, как и Тинка. Но та благоразумно промолчала, видимо, зная, что товарка с разбегу наступает мне на больную мозоль: – Не бойся, не отощаешь.

– Ах ты, зараза! – я подпрыгнула и попыталась дотянуться до ушастой нахалки, чтобы отвесить ей подзатыльник. Знает ведь о моей беспощадной и бессмысленной войне за каждый килограмм живого веса и туда же!…

Хотя… Откуда ей знать? Еще несколько часов назад мне и в голову не могло прийти, что эти морды умеют говорить.

Тут машину опять прилично тряхнуло, я уцепилась за ручку переднего сидения, а Олег остановил своего колесного зверя и уставился куда-то вперед:

– Похоже, приехали.

Мы машинально проследили за его взглядом и, кажется, слегка вздрогнули. Только что впереди было чисто поле. И вдруг… метрах в десяти прямо поперек нашего пути вырос высоченный частокол из обтесанных стволов, заостренных сверху.

Высота его впечатляла – метров 30. Это ж где в наших северных краях такие деревья растут?! Тут куст-то – от горшка два вершка, уже, считай, лес!

В памяти вдруг всплыл бой с клеками. А, кстати, они же выскочили из леса и убежали обратно в лес. Приличный такой себе лес. Никак не наши привычные карликовые березки. Где мы?!

«Да все там же, дома. Просто миры сместились.