Интрижка

– Эта ваша дочь?

– Да. Олеся, – забираю фотографию.

Леся, запрыгнув на спину Миши, подняв вверх руки, кричала «победа». В этот день она выиграла у Миши матч в теннис, что случалось нечасто. Миша никогда ей не поддавался. Как и мне. Наш чемпион.

Они здесь такие веселые и у Миши мальчишеская улыбка.

– А где она сейчас?

– Учится в столице.

Миша всегда был отличным мужем и отцом. И при всей занятости, всегда освобождал воскресенье, чтобы поиграть с дочерью. Неважно, что на работе горят контракты, задерживаются поставки.

Я места себе не нахожу. Только и думаю о нем. Миша все делал для нас, а я поставила его перед фактом, что Оля будет жить с нами. Чувствую себя виноватой.

– Тетя Лена не переживайте, вы обязательно помиритесь с дядей Мишей. Вы идеальная пара. И спасибо вам. Без вас я бы пропала.

– Не стоит еще раз меня благодарить, – раздражают слова Оли, хотя ее вины здесь нет. – Располагайся.

Поднимаюсь в спальню. Боялась, что не застану Мишу в кровати, что он ушел ночевать в гостиную. Но нет. Сидит на постели, разложив документы, и засунув карандаш за ухо, листает рабочий ноутбук, делает пометки в блокнот.

Я, затаив дыхание, ныряю под одеяло и осторожно глажу по плечу. Ощущения словно касаюсь его впервые. По коже проносятся мурашки и страх быть отвергнутой.

– Ты ужинать не стал. Хочешь разогрею?

– Нет.

– Миш, прости меня. Пожалуйста, – он не обращает на меня внимание, будто я привидение. – Правда, прости, любимый, – целую его в плечо. Он так холоден, что сердце кровью обливается. – Я знаю, что должна была тебе позвонить, но потом вспомнила, что у вас важное подписание контракта, – Миша, нахмурившись, листает страницы ворда. А я не бросаю попыток вовлечь его в разговоре. – После всего того, что мы сделали для Оли, я не могла ее бросить. Тогда наша помощь была бы напрасной. Я решила, что раз мы начали, то должны закончить.

– Я ничего не начинал. Я выполнил свой гражданский долг, не бросил девушку в беде, отвез в больницу. Во все остальное втянула меня ты, – он наконец отворачивается от ноутбука и смотрит на меня. – Ты разговаривала со мной, как с подчинённым: Я так решила. Тебе придется принять это. Так не разговаривают с мужем. Ты так никогда не делала.

– Прости, – виновато касаюсь его плеча.

– Но этого мало! – закипает еще больше.