Изгнанный из стаи

Платье рвется по пояс. Нижняя половина платья так и остается в плену у дикого растения. Поднимаемся. Он ставит меня на землю, стараюсь закрыть кружевное белье и чулки ошмётками фаты.

– Мое платье, – краснею под его взглядом. Думаю, что он будет пялиться. Но Сардор смотрит мне в глаза. Убирает ветки из волос и осматривает раны.

– Вся в царапинах, – голос пропитан жалостью.

– Ты тоже, – отмахивается.

– Что случилось? Куда ты так бежала? А как же свадьба? – кусаю губы, сдерживая слезы. Сейчас, конечно же, хочет услышать, что был прав и Лейс подлая скотина.

Но его предательство меня так не ранило, как то, что сделал отец. И тут он попал в точку. Лейс для меня ничего не значит. Горячие слезы катятся по щекам.

– Ну тише, братец Кролик. Терновый куст позади, – он стирает размазанный макияж, осторожно проводя по щеке подушечкой большого пальца.

– Я сбежала.

– Я понял, – кончики губ дергаются вверх.

– Лейс меня предал. А папа… – признаться в предательстве самого близкого человека очень сложно.

– Что он?

– Не важно.

– И куда ты сейчас?

– Куда угодно. Подальше отсюда. Люди отца уже хватились меня. Ищут. Вернут. А я не хочу замуж. Больше не хочу. Увези меня.

Я жду колкостей, наподобие того, что принцесса просит помощи у изгнанника. Но он ничего не говорит. Очертания его тела меняются, кожа покрывается шерстью, лицо вытягивается, превращаясь в морду. И вот передо мной уже серый волк. Он кивает себе на спину. Полураздетой взобраться к нему на спину? Но другого транспорта у меня нет.

– Скорее! Они близко! – поторапливает меня, недовольно дергая ухом. Хватаюсь за грубую шерсть, перекидываю ногу.

– Только не урони.

– Прижмись к спине и держись крепче.

Позади раздается рык. Оглядываюсь. По лесу бегут два волка. В одном из них узнаю Лейса.

– Сардор! – рычат они, приспустив быстрее.

Серый волк срывается с места, прижимаюсь грудью к спине, обвив массивную шею руками. Волки быстро догоняют нас, ведь они будут налегке. Они зажимают нас по бокам.

Клацают зубами и требуют остановиться, но не вступают в бой, бояться навредить мне.

– Соня! – рычит несостоявшийся жених. – Ты с ним? С этим отребьем? Как ты могла! – он еще смеет меня упрекать!

– Вали к Малике! – пинаю его по морде. Лейс останавливается, трясет головой. Вряд ли ему было больно, скорее он не ожидал от меня такого. Но вскоре продолжает преследовать.

– Отпусти, Соню и мы дадим тебе уйти живым, – обращается уже к Сардору.