Мой сводный брат – животное

Она невинная сладкая девочка. Я почувствовал преграду, когда мой палец таранил её, а член в штанах изнывал. Так хотелось продолжить.

Через час я немного успокоился. Вылез и залпом выпил холодной воды из ведерка со льдом. Смотрел вдаль, где кроны секвой окрасились в оранжевый. Утренняя свежесть бодрила, приводила в чувства.

Сегодня мой первый день в компании. Закинув полотенце на плечо, с тоской посмотрел на её окна. Она там, нежится в кровати, рыжие волосы разметались по подушке, а чувственный ротик приоткрыт.

Такая беззащитная, нежная. С каким бы удовольствием залез к ней под одеяло и…

Твою мать! Хоть обратно возвращайся. Принимаю душ, надеваю черный костюм, брюки с низкой посадкой и узкий черный галстук. Ненавижу эту удавку.

Люси хлопочет на кухне, накрывая на стол. Я стою, засунув руки в карман и пью обжигающий кофе.

– Первый день? – киваю. – Волнуешься?

– Да нет.

– У Бьюлы тоже первый день. Она точно волнуется. Мало того, что школа с очень высокими требованиями, так ещё учить будет почти ровесников.

Я и сама за нее переживаю. Мальчики в таком возрасте очень опасны. Тестостерон так и плещет. Плюс богатые, избалованные. А она красавица.

– Что?! – в кухню, стуча каблуками, заходит Бьюла. И в груди начинает ныть. Белая блузка, с v-образным декольте, узкая юбка ниже колена обтягивает изящные изгибы. Она не смотрит на меня, но ее щеки очаровательно краснеют. Прежде чем сесть, проводит рукой по попе, расправляя ткань. От такой секси-училки мои облегающие брюки превращаются в парусник.

Сажусь рядом, она вздрагивает и наши глаза встречаются. Ее глаза вспыхивают, а венка на тонкой шейке бьётся быстрее, я чую ее возбуждение.

– Я надеюсь ты не собираешься идти в школу к похотливым подростком в таком виде?

– Каком? – невинно хлопает черными ресницами.

– В костюме развратной стриптизерши. Хочешь, чтобы они дрочили на тебя весь урок?

– Скотина! Не все такие, как ты, – она отворачивается и намазывает джем на хлеб. Липкая жидкость остается на кончиках губ, сглатываю и вытираю указательным пальцем.

Подношу к ее губам.

– Оближи, – глухо говорю, представляя, как она покорно обхватывает палец губами, ласкает язычком. Скинуть бы все со стола, задрать ее юбку и войти на всю длину в тесную дырочку.

Бьюла тяжело дышит и смотрит таким же голодным взглядом, как и я. Она не представляет, что я могу сделать, может только догадываться.

– Размечтался, – убирает мою руку в сторону. Наклоняюсь к ней и касаюсь губами уха.