Когда мне было больно

– Я звоню узнать, зачем и почему вы украли деньги у Линды? – спокойно спросил он.

Я онемела. Что за бред он несет? Что за формулировка вопроса?

– Деньги? Вы о чем? Я ничего не крала! – начала оправдываться я.

– Ну как же. Вы украли у нее пять тысяч долларов, перевели на свой счет. Зачем вы это сделали?

– Я не крала никаких денег! – мой голос дрожит.

– Я все понимаю, ситуация тяжелая, она вас уволила. Вы решили ей отомстить и украли у нее деньги.

Так ведь? – продолжал голос в телефоне.

– Да что вы такое говорите?! Я не брала никакие деньги! – все еще не верю своим ушам.

– Алиса, вы же понимаете, что чистосердечное признание поможет вам. Так и скажите: да, это я украла деньги, и наказание будет легкое, – не отступал наступать детектив.

– Но я не брала никакие деньги, – я уже плачу. – Я никогда ничего ни у кого не крала.

Я не брала денег у Линды! Я клянусь!

– Ладно, – вдруг соглашается детектив, – если вспомните, зачем вы их украли, наберите меня, и я вам помогу, – и отключился.

Меня трясет. Я не крала никакие деньги! Что за бред он несет?! Я не хочу в тюрьму! Я не пойду в тюрьму.

В это время Илана не было дома, я позвонила ему и очень сбивчиво все рассказала.

– Алиса, – устало сказал Илан, – ну что за бред? Ну какие деньги? Какой детектив? Неужели ты думаешь, что настоящий детектив стал бы тебе так звонить и разговаривать с тобой в такой форме? Ну это, как минимум, незаконно.

Но меня уже невозможно было успокоить – уровень стресса зашкаливал.

30 июля 2010

За четыре года до рождения Элль

Акт четвертый. Бизнесвумен

Я не знаю, как это описать! Чем и как я это заслужила?! Я просто не могу в это поверить!

Когда Стелла вчера подвозила меня после репетиции, она вдруг сказала:

– Сейчас я начинаю очередной проект: беру под свое руководство студию.

Она переходит мне от другого танцора, который не хочет больше этим заниматься. И я вдруг подумала, что не хочу сама… Я хочу работать с надежным трудолюбивым человеком, который полон энтузиазма и знаний….