Море спокойствия

Мы берем заказы, выполняем их, а потом полученные средства вновь идут на развитие мастерской.

Но без прохождения подготовительного курса в группу углубленного обучения не попасть, и то это не дает полной гарантии. Мистер Тернер берет только тех учеников, кто оправдывает его ожидания с точки зрения трудовой этики и способностей. Вот почему все классы продвинутого уровня так малочисленны. Чтобы пройти, необходимо получить его одобрение, и это в школе, где факультативных предметов пруд пруди. Но занятия мистера Тернера по-прежнему пользуются успехом – настолько он хорош в своем деле.

Когда я подхожу к его столу, учитель спрашивает, как прошло мое лето. Интересуется из вежливости, хотя прекрасно знает, что это не требуется. Я хожу к нему на занятия с девятого класса. Так что он в курсе моей дерьмовой ситуации и хорошо знает меня. Мне всего-то и нужно: мастерить и чтобы меня никто не трогал. Мистер Тернер дает мне и то и другое. На его вопрос я отвечаю парой фраз, он кивает – на этом с условностями покончено.

– Театральная студия хочет разместить полки у себя в реквизитной. Не мог бы ты сходить к ним, сделать замеры, нарисовать чертеж и составить список необходимых материалов? Ни к чему тебе все время сидеть здесь. – Он берет стопку бумаг, где, как я полагаю, расписаны правила и порядок действий, со сдержанной скукой и покорностью. Ему и самому хочется просто мастерить. Но нельзя, чтобы кто-то из учеников лишился пальца. – В конце урока покажешь мне свои наработки, и я дам тебе все необходимое.

Возможно, даже управишься со всем за неделю.

– Не вопрос. – Я едва сдерживаю улыбку. На этом курсе я ненавижу лишь подготовительную часть, а меня только что от нее освободили. Буду наконец-то мастерить, пусть это всего лишь полки. Да к тому же в одиночестве.

Ставлю свою подпись на документах и отдаю их обратно мистеру Тернеру. Уже забираю свои учебники, когда в мастерскую начинают прибывать ученики. В этой группе предполагается не много народу – наверное, человек десять, не больше.

Из тех, кто входит, я знаю каждого, кроме одной девушки – это она разглядывала меня на школьном дворе. Ее тут точно не должно быть. И судя по ее лицу, она со мной согласна. Девушка рассматривает мастерскую, изучает ее от высоких потолков до промышленных станков. От любопытства ее глаза прищурены, но это все, что я успеваю заметить, потому что в эту минуту она оборачивается и перехватывает мой взгляд.

На самом деле я часто наблюдаю за людьми.