Море спокойствия

Не то чтобы я считала его привлекательным – хотя это было неоспоримо, – просто Дрю меня ужасно забавлял.

И все же я была ему благодарна за присутствие. Он хотя бы отвлекал меня от прочей ерунды этого дурацкого урока. То есть от всего, включая темноволосого кареглазого придурка, который внезапно лишился своего обаяния. Выяснилось, что его зовут Итан. На мое счастье, в классе было полно свободных мест, так что мне не пришлось принимать его весьма щедрого предложения сесть к нему на колени. Но, по несчастью, одно из таких мест оказалось рядом со мной, куда он, собственно, и плюхнулся.

Он больше не отмачивал шуточек, но постоянно ухмылялся – однако в этом ему было не сравниться с Дрю.

Я захожу в дом и, бросив рюкзак на кухонный стол, принимаюсь доставать из него все, что требуется подписать Марго. Не успеваю я закончить, как жужжит мой мобильник, и мне приходится на время отложить свое занятие. Я не стремлюсь всегда держать телефон под рукой, потому что пользуюсь им не часто. Мне могут писать только два человека: мама или Марго.

Больше никто не обращается на этот номер, сейчас даже мой отец.

Я использую телефон лишь для самого необходимого – текстовых сообщений, в основном адресованных мне и остающихся без ответа. Если нужно, с помощью них даю знать Марго, где нахожусь, или предупреждаю, что опоздаю. Таково было условие моего пребывания в ее доме. Но большего от меня ждать не стоит. Не принимаются вопросы: «Как прошел твой день?», «Ты с кем-нибудь подружилась?», «Ты уже нашла психотерапевта?» Только сухие факты по существу.

Моя проблема всегда заключалась не в речи, а в общении.

Сообщение оказывается от Марго: «В честь твоего первого дня в школе зашла за готовой едой. Скоро буду». Я до сих пор привыкаю есть днем, в четыре часа. Поскольку Марго работает в ночную смену, ужинаем мы рано, чтобы она успела перед работой принять душ и собраться. Но учитывая, что обед приходится на десять сорок пять утра, я не возражаю.

Скинув свои орудия пытки в виде шпилек, я переодеваюсь в спортивную форму – хочу после раннего ужина отправиться на пробежку.

Я бы и сейчас пошла, но снаружи очень жарко, а я стараюсь не бывать на улице в такое время суток, когда солнце, следуя за мной по пятам, обжигает воспоминаниями кожу. Я даже без надобности не хожу проверять почтовый ящик. Снова жужжит мобильник. Гляжу на экран – на этот раз мама. «Надеюсь, твой первый день прошел хорошо. Люблю тебя. М.». Откладываю телефон на стол. Ответа она не ждет.