Цена свободы

 – Я только не пойму, это – привычка из детства, или профессия обязывает?

– И то и другое вы исключаете?

– Скорее, некая золотая середина.

– Может, вы и правы. Я впервые был в зале суда, за решёткой, и после этого остался неприятный мандраж. Я хотел бы поблагодарить вас, на самом деле.

– Уже лучше. Но вы так и не ответили, куда мы едем?

– Я бы хотел, в качестве благодарности, предложить вам свой дом. Вы обязались присматривать за мной, так… Я предлагаю вам лучшие условия. Вы не откажетесь, или я поторопился?

– Всё для моего удобства?

– Ну, вы же помогли мне и вытащили из камеры.

Это – меньшее, что я могу сделать для вас.

Впервые он улыбнулся, и Кейси позволила себе расслабиться, откинувшись удобней на сиденье.

***

Дом богат и шикарен. Что фасад особняка, выглядящий, как какой-нибудь старинный замок, что внутри. Несколько этажей, позолоченные перила лестницы, большие люстры. Но всё выдержано в спокойной цветовой гамме. Кремовый, белый, кофейный – три основных цвета, которые часто встречаются здесь.

– Это – ваш дом?

– И, стало быть, теперь и ваш тоже, – ответил Эдвард. – Ну давайте, скажите уже, что я – мажор.

– Если честно, я думала так раньше, но не сейчас.

– Вот как. И что же заставило вас передумать?

– Ваше поведение в зале суда.

Эдвард сразу как-то поник.

– Хотите чаю? – бесцветным голосом спросил он. – Слуг не держим, так что всё по дому выполняем сами.

– Нет, спасибо, – что-то ей подсказывало, что сейчас лучше отказаться. У неё ещё представиться возможность побывать на кухне и перекусить.

А пока. – Я понимаю, что вам трудно об этом говорить, но вы должны рассказать мне, как всё было на самом деле. И… почему тут нет камер? Просто, что если здесь окажутся воры или…

Эдвард жестом попросил её замолчать.

– Вот что. Давайте присядем, и я всё вам расскажу.

На роскошных напольных часах, что стоят рядом с камином, 19:00, как она успела заметить.

Он сел в кресло, она расположилась на диване. Мебель в доме вся дорогая, дизайнерская, но простенькая, без излишеств, как бы странно не звучало.

Или странно звучит то, что она это представляла совсем иначе?

– Только, вы не должны рассказывать судье всё, что услышите сейчас.

– Вот как! – она, кажется, и не заметила, как скопировала его голос. – Но я же должна быть честной с судьёй.

– Вам и не придётся лгать. Просто кое-что недоговаривать. От этого зависит ваша жизнь.

– Это – угроза?

– Предупреждение. Скоро сами всё поймёте.