Эмиграшка. Когда понаехал в Скандинавию

Чтобы стали искать, заявили в полицию, взломали дверь, и всё такое. Наверное, когда за неуплату квартира достанется другому жильцу, только тогда кто-нибудь придёт. Я тоже стала плакать вместе с соседом, и мы оба так и уснули.

Наутро я позвонила на работу и поинтересовалась, как мне обратиться к врачу, на что секретарша буркнула: «Не знаю», – и повесила трубку. Я взяла справочник «Жёлтые страницы» и позвонила в больницу. Меня спросили, может ли больной сам дышать и не прислать ли «скорую помощь». Узнав, что «больной» – это я, сама звоню и разговариваю, девушка-диспетчер велела мне не валять дурака и приходить на приём в клинику.

Записаться на приём можно через три недели. Я попыталась выяснить, не может ли участковый врач зайти сегодня меня посмотреть и заодно принести каких-нибудь лекарств, но девушка не поняла, кто такой участковый врач. Насчёт лекарств она сообщила, что таковые покупаются в аптеке.

В том же справочнике я нашла адрес аптеки. Она была в городе всего одна, в самом центре, и работала пять дней в неделю с одиннадцати до двух.

Во вторник аптека не работала, а на дворе как раз стоял вторник. Поэтому день прошёл в слонянии по дому. Я ложилась, засыпала, опять просыпалась, разбитая дневным сном и обессиленная высокой температурой, шла пить чай на кухню, потом снова спала.

На следующий день с утра я надела на себя все свитера, платки и тренировочные штаны, какие были, села на велосипед и поехала в город. В аптеке на меня смотрели огромными глазами. Оказалось, что лекарств от простуды не существует в природе!

– Есть антибиотики, но их прописывает врач.

Имеется ипрен от головной боли, вот он без рецепта. Хотите ипрен?

– Но у меня не болит голова, у меня жуткая температура. Нельзя ли её сбить?

– Нет, температуру нельзя сбивать.

– Как нельзя?! Но я всю жизнь это делала!

– Не может быть, нельзя сбивать температуру.

Ну, нельзя, так нельзя. Я купила ипрен от головной боли и поехала домой. По дороге купила банку малинового варенья и толстые носки.

Дома при ближайшем рассмотрении выяснилось, что носки синтетические и совершенно не греют. А варенье больше напоминало красного цвета кисель с желатином.

Я сидела на кровати в голой комнате, освещённой серым светом, падающим из окна. Ковыряла ложкой безвкусное варенье. Голова у меня совсем не болела после ипрена. За стеной опять начали плакать. И тут в какой-то момент я вдруг почувствовала, что у меня вообще больше ничего не болит, и завтра я пойду на работу.