Под знаменем черной птицы. Книга 1

Только вторых прозвали отступниками за связь с запрещенной магией. Хуже, что из-за нее они стали куда сильнее.

Обычного прима было непросто убить, отступника – практически невозможно. Их тела восстанавливались в разы быстрее, а если повреждения оказывались непоправимыми – душа и память просто переходили в ближайшее свободное мертвое тело.

Также быстро пополнялись ряды их армии: достаточно разжиться более или менее целым трупом, выдернуть из загробного мира подходящую душу, провести несложный ритуал – и готов сильный, исполнительный и неубиваемый воин.

Айвен и ее отряды сталкивались с ними каждый день, продолжая безуспешные попытки очистить от отступников свой мир, заодно и не допустить их в другие. Обе миссии проваливались: донесения о новых порталах приходили каждый день, а победой пока и не пахло. Командование медлило, берегло людей и саму планету. Все же Седес – колыбель примов, место, где появилась разумная жизнь. Айвен отчасти их понимала, но не могла спокойно смотреть, как враги день ото дня становятся сильнее.

На Седес каждый день стягивали новые и новые отряды примов, на военную службу призвали всех более или менее годных, включая всю родню Айвен. Вот с теми было сложнее всего. Они не воспринимали происходящее всерьез и постоянно норовили подойти к ней с глупой личной просьбой, обнять за плечи или вовсе чмокнуть. Никакие разговоры о субординации их не впечатляли, наоборот, раззадоривали сильнее.

Братья и сестры не слушали приказов, могли на людях обнять ее или посмеяться над каким-то действием.

Бродивший рядом кот почувствовал ее волнение, ссутулился и зарычал. Айвен шикнула на него и приказала занять место позади себя. Кот послушно отошел, но продолжал держаться настороже.

Этих имусов вывели не так давно, как еще одну боевую единицу. Быстрые, сильные, безропотные, они выглядели почти как люди, с легким налетом звериных черт. Под два метра ростом, темные волосы, миндалевидный разрез глаз, синяя радужка – достаточно, чтобы не спутать с человеком, но маловато, чтобы походить на зверя.

– Не думал, что вы кошатница. – Этот наглец еще и улыбнулся ей, от кота же попросту отмахнулся магией, когда попытался на него зарычать.

– Люблю тихих и исполнительных. Зря думаешь, что хоть чем-то его лучше.

Что и говорить, квиндекс ему даже внешне проигрывал, все-таки имусов старались делать приятными глазу. А этот человек родился, каким родился.