Теперь и у меня есть босс

Местные выбирали районы попроще, а то и вовсе строили дома под свой вкус, а не такие вот терема. Подумать только: три этажа, подземный гараж и терраса. И все это, чтобы пялиться в высокий железный забор, потому что участок – сотки четыре площадью. Неудивительно, что дом пустовал. Продать такой дешево – себе в убыток, а задорого – не найдешь покупателя.

– …в первое же полнолуние я проснулась от того, – продолжала клиентка, – что кто-то сел мне на грудь, придавил сверху и не давал вздохнуть…

– Так душит-то домовой, при чем тут призраки? – ляпнула я, но Максим Иванович показал класс и одними губами прошептал, обращаясь к мужчине:

– Эксперт!

– Призраки, домовые, какая разница? – Клиентка тряхнула волосами и тоже села на стул.

Я же с опаской покосилась на пса: такая здоровая пасть быстро заглотит маленькую кость, и что потом? Не захочет ли он погрызть маленькую меня? Или шефа? Надо побыстрее заканчивать разговор.

– Разные сущности – разные порталы в темное измерение. И способы закрытия их тоже разные. Так что нужна дифференциальная диагностика и анализы.

Мужчина уважительно протянул мне руку и представился:

– Андрей. И не подозревал, что в нашем городе есть такие серьезные специалисты.

Потом он повернулся к шефу и продолжил:

– Правильно вы, Максим, называли Викентия шарлатаном.

Он весь дом свечками провонял и забросал перьями со своей дохлой вороны. А вот, – судя по восторженности в его голосе, на моем месте стоял не меньше, чем сам Ван Хельсинг, – настоящий специалист!

– Глупость. – Жена его восторга не разделяла. Попробуй пойми – почему. Должна бы радоваться скорому избавлению от пугающего ее злодея. Если только…

– Какой еще анализ? – продолжила она.

– ОАЭ! – Напрасно, ох напрасно она попыталась подловить будущую медсестру на анализах! – Общий анализ эктоплазмы.

Определим показатели по фракциям и форменным элементам, далее биохимическ… химофизическое исследование соскобов со стен, просветим комнаты УФ-лампой…

– Нет! – Клиентка резко обернулась, схватила меня и сжала предплечье почти до боли. – Никаких ламп! Там итальянские обои везде, выцветут еще.