Темное Дело

Все одно тебе крышка».

Каждая мысль следователя отчетливо отпечатывалась в мозгу Тишки, словно он произносил слова громко и в самое ухо. Новое, необычное ощущение свободного проникновения в ранее закрытое, неведомое и запретное, оказалось сродни тому щемящему чувству покровительственного превосходства, всякий раз возникающему когда гладишь доверчиво подставленное мягкое брюшко котенка. Оно понравилось Тишке. Следователь словно оголился перед ним и, не замечая этого, продолжал играть роль короля.

– Давайте знакомиться.

Меня зовут – гражданин следователь, – он вынул изо рта жеванную папиросу и окатил задержанного кислотным облаком гнилого утробного запаха, – Вы, я так понимаю, не новичок. Объяснять простые вещи – не нужно. Взяли вас с поличным. Краденые вещи изъяты. Свидетели дали показания. Так что, давайте не будем зря занимать время друг друга, морочить голову и такое прочее. Со мной это не пройдет. Я вашего брата насквозь вижу. Со мной лучше по-хорошему. Курить хотите? – снова отправил курящуюся папиросу себе в рот и подумал:

«Странный урка.

Может и правда с головой не все дома? Смотрит, как рыба об лед. Ну, что молчишь? Давай, начни с чего-нибудь. Там, разберемся».

– Одно не пойму, – произнес вслух, – Что там у вас вышло с какой-то вещицей? Что вы там будто бы проглотили? Врачи вот были. Промывание делали. Говорят, процедуры всякие. Куда оно делось? Может ни чего и не было? – сощурил он хитрый глаз и подумал:

«Ну, давай, клюй. Скажи, что ничего не было.

Что все ошиблись. Тут я тебя на чемодан и разверну в полный рост».

Тишка почувствовал, как следователь начал потеть. Как у него из под мышек и по спине потекли тонкие пахучие струйки. Как ароматно закурились несвежие носки в ботинках. И он даже натужно пукнул, выпустив тихое легкое облачко едкого сероводорода.

«Ну, ты – козел, – подумал Тишка, – Это западло, в хате смердеть».

Следователь выпучил черные глазки и выронил изо рта папиросу на пол.

«Что это было? – пронеслось у него в голове, – Кто это сказал? Что это у меня, с башкой делается? Спать надо больше.

Заработался. Тьфу, черт. Пора в отпуск».

Он встал, налил из графина стакан холодной воды. Выпил.

– В молчанку играть будем? – спросил, возвращаясь к исходной позиции за столом, – Не советую. Улик более чем достаточно. Лучше скажи, что ты там с потерпевшим сделал? Почему он вдруг скончался так неожиданно? С кражей, допустим, все в порядке. Тут мне все понятно.