Вскормить Скрума

Вопросы?»

«Душ?»

«Удобства в конце коридора. Все. Пока. Вечером заскочу. Проверю», – с этими словами он стремительно исчез в сумраке коридора, вернее его смело из дверного проема диким табуном разнокалиберной малышни, с гиканьем и свистом пронесшейся мимо распахнутой двери.

* * *

Витя захлопнул дверь и решил привести себя в порядок после долгой, трудной дороги, прежде чем явиться к руководству с докладом. Достал из чемодана свежие носки, чистую рубашку, большое махровое полотенце и душистое мыло.

Все это аккуратно сложил в полиэтиленовый пакет и направился в душевую.

Тем временем недра барка стремительно наполнялись жизнью, ключами бьющей по голове из каждого темного закутка и щели. За десять метров узкого коридора чего только не наслышался он из-за тонких, картонных дверей. Кто кому брат, сват, друг и сволочь. Кто чего будет есть и чего никогда в рот не возьмет. Чьи дети хорошие, а у кого кривоногие и не далеко от яблони откатились. Возле душевой и вовсе проходил митинг в защиту животных.

Какой-то здоровенный мужик в тельняшке усердно намыливал рыжего тощего кота в открытой кабинке и десяток сочувствующих лиц разного пола и возраста выражали своей мнение по поводу возможности проведения водных процедур с домашними питомцами. Кот, одуревший от жестко хлеставшей рядом воды, жалостливо кричал и пытался вырваться, царапая всеми четырьмя лапами кафельную плитку. Но хозяин крепко прижимал его рукой к полу и усердно натирал спину большим куском хозяйственного мыла.

Витя недоуменно встал, не понимая, как такое вообще может быть, чтобы все толпились в одной общей душевой.

Кто-то грубо толкнул его в спину и велел посторониться. Этот некто, не смущаясь присутствием женщин, прошел внутрь, быстро разделся и занял одну из свободных кабинок. Из-за короткой перегородки стала видна его широкая спина и розовые округлости ниже.

Не занятой осталась последняя, дальняя.

«Ну, чего встал, красавчик, проходи, не стесняйся. Тут все свои, – обратила на него внимание та самая обширная дама, переодетая в зеленый банный халат с большим вырезом на груди, тоже присутствующая при экзекуции животного, – Никто прелестей твоих не откусит».

«Нет. Спасибо. Я как-нибудь в другой раз. Позже», – покраснел Витя, давая задний ход.

Туалет тоже оказался занятым. Перед ним столпилась стайка ребятишек и три женщины, живо обсуждавшие проблемы пищеварения того человека, что, судя по их разговору, уже долгое время занимал один из унитазов за дверью.