Вскормить Скрума

Первым на кладбище окажешься, – пообещал медицинский работник, нарезая в тазик крепкий боровичок.

– Ага. Поглядим. Сперва, дым из ушей заткни. Голова обуглится, – нагло заявил Треха.

Филипычу за многолетнюю практику доводилось выслушивать от некультурных больных много всяких колючих нелепостей, поэтому он на них не обижался.

– Вот как? Очень интересно. Однако с чего бы это ему от туда валить? – поинтересовался он.

– Валит и валит. Мне до него дела нет. Выпить мне надо. Сушняк душит. Понял? – признался Колька.

– Я так и знал! – обрадовался медицинский работник, – Я сразу так и понял. Так сразу бы так сказал. А то вкуса нет, вкус к жизни потерял, водку не чувствую.

– Так я ее и не чувствую, – угрюмо заметил Треха.

– Мне понравилась ваша история, – саркастично усмехнулся эскулап, – Люблю, когда люди с юмором к делу подходят. Иной завалится, дай спирту, дай спирту. Нахал. Бестолочь. Поленом ему по балде, а не спирту. У меня весь спирт на учете. У меня строго. Меня так просто не проведешь.

Я на селе тридцать лет фельдшерю. Могу отличить ложь от выдумки. Сразу вижу, в чем правда матка зарыта. А правда в том, что ты перепил. Что? Словил птичью болезнь, да? Теперь танец народный исполняешь под названием колотун. Хорошо вчера было? Сам перепил, а денег нет. Вот и вся недолга. Пошутить решил? Так? Не вышло?

– Да пошел ты… – вяло отмахнулся от него мужичек.

– Что значит пошел? В каком таком смысле пошел!? Сам-то ты откуда пришел? – едва не обиделся медик, – Вот откуда пришел, туда и иди.

Меня посылать нечего. Я на своем месте. Он меня еще посылать будет, как будто я его звал. Второго перепила притащил. На пару вчера чирикали?

– Рожа у тебя сейчас треснет, – заметил Треха, внимательно всматриваясь в черный дым окутавший лицо Филипыча.

– Что значит треснет?! – напрягся тот.

– Дым сильно из ушей валит. Видать, напряг пошел сильный, – пояснил мужичек.

– Это у меня напряг сильный? Это у тебя напряг сильный! Ты зачем ко мне завалился? Шутить? Оскорблять? Так я при исполнении, понял? – сердито сощурил глаз фельдшер.

– А ты меня на «понял» не бери, понял! – завелся вдруг Колька, – Дым туши, череп обуглятся. Понял?

Филипыч от такой наглости даже слегка опешил. Ладно за спиртом мужик заявился, байку веселую придумал про неведомую болезнь, провести его старого черта вздумал, так он еще и нахальничает, поносят его медицинского работника без всякого зазрения совести. Хотел фельдшер обидеться, но опыт не позволил.