Аромат книг

Расщепить страничное сердце ей не составило бы проблемы даже со слезящимися глазами, но прочитать светящиеся строки в нём она не могла, нечего было и пытаться. Ей ничего не оставалось, как воспользоваться теми жалкими остатками библиомантики, которыми она располагала без помощи страничного сердца.

Её вторая ударная волна оказалась слабее первой, но при поддержке Гровера она возымела некоторый эффект: отбросив одно из тел, лежавших в каморке, она обрушилась на дверь. Дверь снова загрохотала, на этот раз сильнее, послышался скрип.

Вероятно, это были шарниры.

– Не вышло… – произнёс Гровер. От его слабого голоса у Мерси сжалось сердце. Она не позволяла себе думать о том, что, возможно, прямо сейчас он истекает кровью или умирает от повреждений внутренних органов. Ей необходимо было сосредоточиться. Без их помощи других наверняка убьют.

– Ещё раз, – произнесла она, не желая сдаваться, однако потом вытянула руку вверх: кончики пальцев коснулись потолка. Времени оставалось в обрез.

Гровер молчал.

– Гровер? – Она повернулась к нему и схватила за руку. Слёзы, лившиеся из её глаз, вымывали из них остатки жидкости, которую выделили жуки. – Гровер, чёрт подери!

– Я… я здесь… – Он даже постарался улыбнуться, и тогда – наконец! – она призналась себе в том, насколько он был ей дорог.

Экземпляр «Грошовых ужасов» лежал у Гровера на груди, и даже в этой неудобной позе у него получилось расщепить страничное сердце. Дребезжание опускающегося потолка заглушило слова, которые он произносил, беззвучно шевеля губами.

Равномерный грохот и лязг вдруг ненадолго замедлились, замолкли и возобновились снова. Со стен сыпалась пыль и крошка.

– Я… – с видимым трудом произнёс Гровер между двумя библиомантическими заклинаниями, – я пытаюсь его притормозить. Ты… давай дверь…

Закусив губу, Мерси запустила следующую ударную волну в сторону выхода и снова услышала скрип и лязг металла. Проклятая дверь не поддавалась. В глазах у Мерси немного прояснилось, слёзы вымыли из её глаз остатки жидкости.

С той стороны двери, где находились шарниры, образовалась щель, однако для того, чтобы выбраться, её было недостаточно, а у Мерси не хватало сил ещё на одну ударную волну.

Оглушительный шум заглох, затем возобновился. Замедлился, снова заглох и опять послышался с новой силой.

Сноп света, падавший из страничного сердца посреди экземпляра «Грошовых ужасов» Гровера, погас. Страница, только что стоявшая торчком, перелистнулась и опустилась.