Аромат книг

– Ты, конечно, понимаешь, что ты сейчас ведёшь себя точь-в-точь как Валентин?

Ей было всего три года, когда Валентин взял её к себе, и она стала частью радушной семьи книготорговцев с Сесил-корта. Само собой разумеется, она много переняла от приёмного отца; она сама замечала за собой это, особенно это бросалось в глаза с тех пор, как его не стало.

Гилкрист собрался было присесть, но обнаружил в комнате лишь один табурет, на котором к тому же лежали позавчерашние полпирога. Он аккуратно положил остатки еды на пол и опустился на табурет.

– Я до последнего надеялся, что ты унаследуешь его лавку и продолжишь его дело.

Мерси встала перед ним, подбоченившись.

– Прости великодушно, что я вас так разочаровала, – ледяным тоном произнесла она. – Можешь остаться, пока не отдышишься, а потом, будь любезен, уходи.

Он покачал головой:

– Я пришёл не для того, чтобы увещевать тебя. И пара капель крови не стоит того, чтобы меня жалеть.

Его седые волосы, заметно поредевшие в области пробора, беспорядочно ниспадали ему на плечи.

Мерси видела старческие пигментные пятна на его голове, и ей подумалось, что Валентин был не единственным, кого она тогда потеряла. Хотя, если быть честной самой с собой, на самом деле это произошло уже давно, тогда, когда, напуганная, она втихаря сбежала из Сесил-корта. За свою короткую жизнь Мерси успела совершить немало ошибок, однако самой большой из них был побег после поражения в Лаймхаузе, чтобы не смотреть, как умирает Валентин. Ей казалось, что, находясь рядом с ним, она приносит ему несчастье. Вскоре после своего бегства она получила известие о его смерти, и её детские иллюзии на эту тему разбились вдребезги, рухнули, словно гнилые сараи Сент-Жиля.

Несмотря на всё это, вернуться в Сесил-корт она не могла. Передвигаясь по Лондону, она каждый раз аккуратно огибала два района, два белых пятна на её личной карте города: Лаймхауз и местность вокруг Сесил-корта. Что бы Гилкрист ни намеревался сообщить ей, она не изменит своих привычек.

– Птолеми скончался, – сказал он.

Мерси подошла к письменному столу и плюхнулась на стул. Она удивилась этому известию, но не огорчилась. В том, что шайка Турпина проворонила тот заказ, не было вины Птолеми, и всё же он был так или иначе связан с теми событиями. Над ними словно сквозила его тень.

– Ты, конечно, не ожидаешь, что я разражусь рыданиями в связи с тем, что старый скряга отдал концы?

Казалось, Гилкрист хотел возразить ей, однако воздержался.