Время библиомантов. Книга крови

Девочка обогнула ещё два костра, чтобы не встречаться с поганками, и в результате попала в некое подобие дворика. Куча пепла в его середине и отверстие в брезентовом навесе, через которое было видно ночное небо, позволяли предположить, что здесь совсем недавно тоже горел костёр. За загородками из шкур и крошащейся кладкой, окаймлявшими дворик, раздавались тихие голоса, иногда слышался свист, также уже знакомый Фурии. Возможно, это чернильные поганки, преследовавшие её, перекликались между собой.

Хотя Фурия знала, что предостережения петушиной книги имели под собой все основания, но не могла не поддаться очарованию лагеря и его обитателей.

Девочка уже давно могла повернуть обратно – разве она не увидела достаточно для того, чтобы составить себе первое впечатление? – однако вместо этого продвигалась всё глубже в лабиринт ходов. Фурия уже давно потеряла ориентацию: она не знала, где находится.

– Ты заблудилась. – Петушиная книга чувствовала, что происходит на душе у девочки. – Ну конечно, как же иначе!

– Компас пригодился бы нам больше, чем твоё вечное бурчание.

– Моя дорогая, компас бы ничего нам не дал, потому что в этом отвратительном месте отсутствуют стороны света.

Конечно, Фурия знала это.

– Всезнайка!

– Глупый ребёнок!

Негодуя, Фурия вытащила книгу из кармана. Жёлтый клюв воинственно вытянулся ей навстречу.

– Всё это кончится плохо, – прокаркал он.

– Кричи громче – ещё не весь лагерь услышал.

– Гетто в Либрополисе – просто рай небесный по сравнению с этой дырой! – возразил клюв петушиной книги.

– Тогда почему ты сбежала от Иеремии, если у него тебе так замечательно жилось?! – съязвила Фурия.

– Я пользовалась успехом. На меня обращали внимание. Я была прославленным ветераном…

– Прежде всего ты была самой быстрой петушиной книгой в мире – судя по тому, как шустро ты улизнула после последнего боя!

– Умная книга не упустит своего шанса, – парировала книга.

– Угу, чтобы потом позволить Кэт заманить себя в ловушку, купившись на парочку открыток! – заявила девочка.

– Я умирала с голоду! А открытки очень вкусные.

– Ты просто ненасытная обжора!

– Ничего, мы ещё посмотрим, насколько ненасытны эти чернильные…

Кто-то кашлянул. Фурия и петушиная книга замолкли.

– Пожалуйста, вы не могли бы вести себя потише? Тут у нас умирает кое-кто, – подала голос тощая фигура, бегло изъясняясь по-английски.

– Только не я! – Клюв петушиной книги с быстротой молнии исчез глубоко под обложкой.