Время библиомантов. Противостояние

Снова в глубине укреплений завыла сирена. Захлопали двери, люди в панике начали кричать друг на друга, а эхо разносило звуки их голосов по коридорам и лестничным пролётам. Финниан достиг стальной двери, ведущей наружу. Когда рука его опустилась на тяжёлую задвижку, вони от клеток он уже почти не замечал. Он не был библиомантом, чтобы определить, не прячется ли кто, наделённый библиомантическим даром, за дверью; оставалось лишь всецело положиться на свой план и везение.

Засов заело. Медленно и со скрипом сдавал он свои позиции.

– Ну давай же! – Финниан с силой ударил по щеколде.

Снаружи прогремел выстрел.

Глава четвёртая

Изида оттолкнула Фурию в сторону, та сделала выпад, отчаянно балансируя, но всё-таки споткнулась. Она читала, что человек ощущает пулю лишь несколько мгновений спустя: в первую секунду шок притупляет боль. На миг Фурия даже решила, что её задело.

Но времени искать рану у неё не было. Раздался крик, и световая волна залила всё вокруг ослепительной белизной.

Перед стальной дверью стояла, широко расставив ноги, Изида. Верхняя часть её туловища распахнулась, словно складень[5 - Скла?день – двух- или трёхстворчатая икона.]. Там, где только что находилась грудная клетка, резко расступились створки, а за ними показались страницы, которые перелистывались сами собой. Одна из страниц затвердела, расщепилась, и между образовавшимися слоями забилось, мерцая, страничное сердце. Губы Изиды беззвучно лепетали какие-то слоги.

Её мощь превосходила силу большинства библиомантов, но каждый такой сеанс забирал у неё чрезвычайно много сил. Даже спустя полгода ей стоило немалого труда мастерски? использовать вновь приобретённые навыки с минимальным для себя ущербом. Человека, стрелявшего в неё, окатило яркой вспышкой, а затем смело? ударной волной, которая с лёгкостью унесла бы и танк. Завопив, стрелявший ударился о край крыши и навзничь рухнул на мостовую. Фурия вскочила. Теперь уже и до патрулей у подножия укрепления должно было дойти, что на крыше незваные гости.

Между тем страничное сердце в груди Изиды отгорело, книга захлопнулась, и её тело снова приняло очертания женского туловища. Остался даже не шрам, а лишь красная полоска, проложившая дорожку через всю грудину.

У Фурии вертелось на языке: «Достаточно было бы выстрелить!» Изида носила на поясе серебряный автомат, но было ясно, что своё решение она приняла почти бессознательно.