Сумеречный сказ

Переглянулись меж собой Ярослава и Игорь и кивнули, участь новую познать желая.

– Славно-славно! А ты, Игорь, за мать не бойся – я прослежу, чтобы жизнь спокойно свою дожила, – молвил на прощание водяной и пальцами щелкнул, влюбленных в мир иной отправляя.

Как предрекал водяной, так и сложилось. Лада тихую жизнь в избушке провела. Одиночество и скорбь ее верными подругами стали: не перебралась она никуда из селения пустого да горелого. С тоской на пепелище глядела, себя ругала, да токмо без толку все было.

Не навещал ее сын, а потому одна в старости глубокой умерла Лада.

Водяной же в озере по сей день обитает и жен своих оберегает. Не выбирался он боле на сушу, не тревожил покой людской. Только над случайными прохожими потешался да во владения свои зазывал. Не было больше обряда кровавого, стерлись прошлые деяния из памяти, развеялись все страхи.

Меж тем Игорь с Ярославой в Нави жить-поживать стали. Пряха судеб их без удивления тогда встречала, будто поджидала.

Нарекла Морана влюбленных хозяевами пруда Зеркального и под защиту Дубровца в Сумрачный лес отвела. Так и стал Игорь царем водяных, а Ярослава единственной его женою называлась. Через пруд огромный все души, что конец свой в воде отыскали, в Навь отправлялись и подле него оставались.

За порядком Игорь с Ярославой следили, обязанности исполняли да только об одном все время мечтали – к жизни людской возвратиться, тепла и счастья в Яви познать, а не вечность в тени коротать.

Однако люди за них по-другому решили, покой у них отнимая и себя заодно проклиная.

Пруд Зеркальный, Сумрачный лес, Навь

Пруд Зеркальный скрывался за густой кроной деревьев и отражал в себе вечно серое небо Нави. Недалеко от пруда, за еловыми зарослями, обитала стая волколаков – колдунов-оборотней, которые еще при жизни обзавелись звериным обликом. Парочка оборотней как раз проходила мимо, громко обсуждая неимоверную и напрасную ярость Змея Горыныча, который мог уничтожить весь лес в одночасье «из-за какой-то девки».

Слухи расползались слишком быстро, и уже практически каждый обитатель Нави предвкушал расправу Кирилла и сетовал из-за грозящей беды.

Ярослава, облаченная в длинный сарафан, сидела на берегу и вслушивалась в россказни проходящих мимо. Ночью она вместе с Игорем ощутила, как бесновались воды Смородинки, а раскатистый рев над головой не оставлял сомнений в происходящем.