Последнее лето. Сколько всего может произойти за год?

Но как все мы знаем, девушек довольно часто привлекают именно плохие парни, а не те, которые позже будут работать в фирме отца и носить скучно-серые костюмы, с совершенно не подходящими галстуками. Поговорить с ними можно только о политике или росте курса доллара. Наверное, поэтому спустя месяц мне стало скучно, а спустя два я вновь вернулась к переживаниям о Кристиане. С такими парнями как он, никогда не знаешь, что произойдет в следующую секунду. И даже если он уже твой, это совсем не значит, что завтра парень не растворится в воздухе.

?О, я тебя понимаю,? отвечает Кара.? И если честно, мне не особо интересен Кирилл. Лучше расскажи как там дела с Кристианом?

О нем подруга, конечно, знает, стоило мне пойти в университет, как разговоры посвященные ему стали самой важной темой. И мне нравится, что Кристианом она интересуется больше, чем Кириллом. Между рассказом о парнях успеваю вставить и вторую новость, которой подруга рада не меньше, но в ее глазах печаль, от нашей предстоящей разлуки.

?В последнее время мы с Гринбергом стали намного ближе. По слухам, что дошли до меня, он тоже расстался с девушкой, но так и не сказал об этом напрямую даже Руслану. К тому же ты знаешь их отношения. Сегодня они вместе спят, потом неделю не разговаривают, потом расстаются и снова встречаются. Так что, я в полном замешательстве. А с того момента, как я порвала с Кириллом, он уделяет мне больше внимания. Может быть, я себя накручиваю, и хочу, чтобы он был со мной? Но я ему не раз говорила: «Ты мне нравишься», к сожалению, он не слышит, или не верит, или там еще какая-нибудь причина.

Это же Гринберг, от него ничего хорошего ждать не приходится.

?По-моему вы были бы не плохой парой,? успокаивает подруга.? Ты сказала, что он уделяет тебе больше внимания? В чем же это проявляется?

?Да. Он чаще стал сидеть со мной, даже если есть Руслан. Попросил, чтобы его переставили ко мне в пару на танцах (готовимся к выпуску, к счастью ему отказали, ведь у нас уже все отрепетировано).

Сохраняет мои мелкие вещи: резинку отобрал и носит всегда на руке, пишет только моими ручками, хотя у него есть свои. Когда их возвращает, вроде бы невзначай касается моей руки. Или сидя рядом, касается бедра. О, еще случай был, меня вызывают на лекции. Учительница не знает, как произнести мое имя то ли Сана, то ли Лисанна и выходит что-то вроде: «сексанна Грот». Он тогда сидел прямо за мной, и специально говорит, так чтобы я все слышала: «Я с этим согласен».