Пролетарские байкеры. Книга 1

Вытащив ключ зажигания, который торчал в замке, торцевой его частью он открыл замок крышки капота и поднял её вверх. Под капотом он обнаружил маленький белый аккумулятор.

– Сел, наверное… – предположил «Бита», стоявший по другую сторону мотороллера, и внимательно следивший за действиями Сергея.

– Конечно, сел, – отсоединяя клеммы проводов от аккумулятора, ответил «Сапёр», – его, по меньшей мере, лет пять не заряжали, и вообще, чёрт его знает, работает ли он ещё… У тебя дома выпрямителя нет?

– А это что? – недоумевая, спросил Дробилин.

– Ну, это – такой прибор, от которого аккумуляторы заряжают.

– Серёг, ты меня поражаешь порой. Ты чё думаешь, я в гараже живу? Думаешь у меня дома все полки забиты машинным маслом и этими… Как ты сказал?

– Выпрямителями.

– Точно! Выпрямителями. Я, конечно, понимаю, что до моего дома отсюда ближе идти, чем до моего гаража, но всё же это ещё не значит, что у меня там склад автозапчастей и принадлежностей…

– Тогда пошли к «Пауку».

И парни, сняв с мотороллера аккумулятор, вновь отправились в гараж Укрытцева. Войдя в ряд, издали они заметили человека в странной позе. Возле гаража Павла, стоя на четвереньках, и блестя на солнце лысой головой, издавал громкие звуки пьяный «Пельмень». Он изрядно перебрал с алкоголем, и теперь его обильно рвало. Парни прошли мимо, а он, не обращая на них никакого внимания, продолжал заниматься своим делом. Судя по всему, на улице он был уже давно, так как весь успел изваляться в траве и грязи.

Антон подошёл к нему и, брезгливо наклонившись над лужей рвоты, тихонько сказал «Сапёру»: «Да, лапша, по-любому, с кетчупом была!»

Сергей, усмехаясь, вошёл в гараж, а вслед за ним вошёл и Антон. В глаза сразу же бросились произошедшие там перемены. Музыка играла на полную громкость, и её было слышно с самого начала ряда гаражей. Возле мотоцикла на полу уже валялось три пустых бутылки, а банка огурцов наполовину опустела. Юра «Филин» беззаботно спал в мотоциклетной коляске у стены, рыжий маленький «Друппи» сидел на своей скамейке, обхватив голову руками и уставившись в бетонный пол.

Время от времени его немного покачивало. Опьянение не затронуло лишь здорового «Мамонта» и толстого «Шмеля» которые по-прежнему бодро сидели на своих прежних местах, да и «Паук» был не на много пьянее. У него лишь сильнее развязался язык, и он переместился поближе к «Мамонту», заняв место «Пельменя», чтобы было удобнее разговаривать.