Академия теневых заклинаний

Узенькая майка плотно облегала грудную клетку поверх еще более тесного спортивного бюстгальтера, делающего мою и без того маленькую грудь совсем плоской.

Чтобы помочь Билли, спасти его от необходимости ехать, мне придется притвориться парнем. Учитывая, что ему шестнадцать и он все еще переживает период половой зрелости, у меня есть шанс в этом преуспеть.

Только для этого мне требовалось отрезать волосы.

Я потрогала кончики своих густых каштановых волос, погладила мягкие локоны, спускающиеся до пояса.

Во мне не так много было девичьего – в фермерской жизни довольно трудно отыскать повод, чтобы надеть миленькое платьице или накраситься, – но в этом коротком списке мои волосы стояли на первом месте. Они смягчали остроту скул и жесткую линию челюсти. Благодаря им ямочка на подбородке выглядела женственно, и я меньше походила на Кларка Кента. А без них мое стервозное лицо будет казаться в разы злее, настолько, что люди станут прыгать с корабля в бушующий за бортом шторм, лишь бы сбежать от меня.

Вздохнув, я осторожно взяла в руки ножницы. Никто не усомнится, что я девчонка, если оставить длинные волосы. Меня сразу раскусят, как Рональда Макдональда в компании отъявленных головорезов. Поэтому придется от них избавиться. И открыть свое стервозное лицо.

С колотящимся в груди сердцем я взяла в потную ладонь прядь волос, отвела ее от лица и раскрыла лезвия ножниц. Сделать первый срез труднее всего. Потом будет легче. Во всяком случае, я на это надеялась, иначе придется просидеть здесь все утро вместо того, чтобы оставить дом и добраться до северной части штата Нью-Йорк прежде, чем отец оторвет себя от стула в гостиной и остановит меня.

– Мы найдем другой способ, Уайлд, – сказал он мне ночью. – Заберем деньги, наймем того, кто спрячет нас. У меня остались связи со школьных времен, уверен, кто-нибудь нам поможет.

Я всегда считала отца ужасным лжецом: самый большой чудак в нашей семье на удивление прекрасно владел способами манипулирования и использования полуправды, хотя сейчас я была уже не так в этом уверена.

Я по-прежнему не могла решить, что делать со всей этой магической чепухой, удивляясь, как он долгие годы скрывал от нас информацию об академии. Возможно, страх перед этим местом или перед гневом мамы вынуждал его хранить молчание. Тем не менее одно я знала точно: он бесстыдно врал, пытаясь успокоить меня.

Ни одни его «связи» нам не помогут. Никто не предоставит убежище в разгар этой бури.