Байки про балет …Кабриолев продолжает травить!

И могли говорить они что-то очень интересное! И тогда стал присматриваться Кабриолев, кто кого повёз, а с таксистами договорился запоминать, о чём там пассажир ? пассажиры речи вели. На следующий день таксисты ему звонили и, за небольшую плату, как Кабриолев говорит, сливали уйму полезной информации.

Многие потом прямо диву давались: умеет, видать, этот Кабриолев мысли читать! И эту свою способность он до конца жизни не терял…

Тяжёлая жизнь

Тяжела и неказиста жизнь балетного артиста» – эту пребанальнейшую поговорку Кабриолев слышал многократно, да и сам порой использовал.

Сейчас он, если и говорит так, то, как бы кого цитирует, но порассуждать на эту тему любит со своей колокольни и предпочитает рассматривать и минусы и плюсы этой доли.

Начинает всегда с тяжестей и неказистостей и прослеживает Вольдемар Альбертович путь артиста с младых ногтей. И первый горький удар настигает его ещё ребёнком, поступившим учиться на артиста балета, – полноценное детство у него в этот момент заканчивается.

Где-то в одиннадцать лет.

Не особо света белого видя, проводят они в стенах учебного заведения восемь тяжких лет, где с раннего утра до позднего вечера шесть дней в неделю, обучаются и общеобразовательным предметам, и специальным, а первые четыре года ещё и фортепиано у них. Каждый год экзамены по спецпредметам, а в первом и пятом классах – аж два раза в год. Летом же надо побольше заниматься и поменьше есть бабушкиных пирожков.

Потом выпуск, и всё только начинается…

Если всё случилось и оказался выпускник в Большом, то, даже если он был звездой выпуска, там он вновь пока никто и стоит в кордебалете. Были, конечно, в истории театра и исключения, но они лишь подтверждают правило. А так надо вновь доказывать своё право на получение ролей, а конкуренция уже другого уровня. И из кордебалета в примы ? премьеры выбиваются единицы, большинство же на пенсию уходит просто артистами балета.

А пенсия хотя и наступает рано, но что делать дальше – не всем пенсионерам понятно.

По специальности продолжать работать – либо преподавать, либо ставить. А это не всем под силу, да и на всех мест не хватит. И многим приходится во всё же зрелом возрасте сильно жизнь свою и так тяжёлую менять. И далеко не всем это удаётся, но это уже не про балет.

Кабриолев, конечно же, гораздо более детально разбирает все тяготы и лишения на всех этапах жизни артиста.