Дети августа

Головы не отлетели, но из перерезанных шей кровь забила фонтанами, часть в пакеты, а часть убийцам на сапоги. Тела попадали на землю. У троих или четверых головы удержались только на хребтах, и крови натекло, как из кабанов.

Окурок увидел, что Гога, смотревший на казнь своих людей круглыми от ужаса глазами, вдруг обмяк и начал заваливаться, повиснув на прутьях решетки.

«Кондрашка хватила», – подумал мужик.

Но нет, тому не повезло умереть – он просто потерял сознание. Двое «бешеных» сразу вылили на него полведра воды, приведя в чувство.

Гога подскочил, дико озираясь. Судя по взгляду, старикан был в шаге от помешательства. Еще немного, и не будет понимать, где он и кто. В его случае это было бы везением.

Когда последний из убитых перестал дергаться, тела быстро оттащили за ноги и скидали в стоявший наготове прицеп, даже ничем не накрыв. Сделав это, палачи заняли место в общем строю. Их хлопали по плечам, они обменивались с товарищами шутками и прибауточками.

– Тихо всем! – прогремел над пустырем голос Генерала.

 – Мы еще не закончили суд! – Он повернулся к трясущемуся Гоге, который обмочил бы штаны не раз, если бы ему их оставили. – Теперь твоя очередь! «Врагов же моих, которые не хотели, чтобы я царствовал над ними, приведите и избейте предо мной», – громовым басом продекламировал Петраков. – Евангелие от Луки, девятнадцатая глава.

По его знаку начались какие-то странные приготовления. Автопогрузчик, в кабине которого сидел один из «бешеных», привез в своем ковше четыре покрышки разных размеров.

Покрышки были выгружены у дороги, где стоял железный столб со знаком ограничения скорости.

Голый толстяк с брылястым обрюзгшим лицом бульдога затрясся, догадавшись, что его ждет.

– Или что? – продолжал Генерал. – Вы скажете, его уже избили? Ну, тогда я разочарую нашего дорогого гостя. «Избить» – в данном контексте означает убить. Как царь Ирод избил младенцев. Он же не по попке их отшлепал, нет. Книга-то старинная и язык старинный… Наказание нарушителю человеческого и божеского закона одно – смерть!

Генерал сделал жест рукой, и двое дюжих бойцов в черном – те самые, которые стояли почетным караулом возле лесенки – подошли к клетке и сняли с нее большой навесной замок, который цепью удерживал несколько прутьев.

Получившейся «дверцы» было явно недостаточно для массивного Гоги, и его буквально протащили через нее, ободрав кое-где кожу и волосы. Тот лишь слабо взвизгнул.