Доминион

Незнакомец был высоким и худощавым, лет за сорок, с черными волосами и колючими голубыми глазами, в безупречно сидящем мундире СС; свастика в белом круге нарукавной повязки выделялась на фоне черного кителя. Карлсон тоже был в форме, хотя обычно носил пиджак, как и Гюнтер, чья работа требовала постоянно находиться в тени, не привлекать внимания. Гот заметил, что у неизвестного на коленях – брюки его были аккуратно выглажены – лежит раскрытая папка.

Карлсон радушно поприветствовал Гюнтера и указал на кресло перед столом.

– Спасибо, что откликнулись на столь несвоевременное приглашение.

– Я не был занят ничем особенным.

Затем Карлсон повернулся к неизвестному, и в голосе его зазвучали уважительные нотки:

– Позвольте представить вам оберштурмбаннфюрера Реннера из отдела «Э-семь».

Бригадный генерал СС из секретного отдела рейхсканцелярии, отвечающего за Британию, отметил про себя Гюнтер. Наверняка что-то серьезное.

– Штурмбаннфюрер Гот – один из самых ценных моих сотрудников, – продолжил Карлсон.

– Поздравляю. – Темноволосый кивнул. – И много их осталось, как думаете?

– В Берлине – немного. Мы уже близки к завершению. А вот в Гамбурге, как я слышал, еще встречаются.

– Возможно, их больше, чем нам известно, – сказал Карлсон. – Евреи как крысы – только ты решил, что избавился от них, а они тут как тут, грызут твои пальцы маленькими острыми зубками, да?

Играет на публику, подумал Гюнтер.

– Нет, – спокойно возразил Реннер. – Полагаю, что штурмбаннфюрер Гот прав: евреев сейчас осталось не так уж много. – Он с интересом посмотрел на Гюнтера. – Мне думается, вы уже встречались с заместителем рейхсфюрера Гейдрихом?

– Всего пару раз. Когда я вступал в гитлерюгенд.

Реннер задумчиво кивнул. Похоже, он все еще составлял мнение о Гюнтере.

– Чем вы намерены заниматься, штурмбаннфюрер Гот, когда из Германии изгонят всех евреев? – спросил он.

– Не знаю. Мне осталось несколько лет до пенсии.

Он надеялся, что в Польше к нему вернется искра былой энергии, а если нет, пусть его прикончат партизаны, как раньше Ганса, и тогда семейное жертвоприношение будет закончено.

– У вас любопытная биография, Гот, – произнес Реннер. – Университетский диплом в Англии, год, проведенный там, затем, по возвращении, членство в партии и пять лет службы в отделе по уголовным делам.

– Да.