Мертвая земля

 – Тем не менее мы прекрасно провели время: вкусная еда, достойное общество. Спасибо, что пригласили семейство Кензи.

– Эдвард Кензи – убежденный консерватор, но, как ни странно, это не мешает мне испытывать к нему симпатию.

– Мне этот человек тоже по душе. По крайней мере, он говорит, что думает.

– Хотя его жена… – начала Этельреда и тут же осеклась.

– Возможно, чем меньше говоришь о ней, тем лучше, – вскинув бровь, произнес Филипп.

Мы рассмеялись.

– Сразу после возращения из Норфолка вы должны отужинать у нас снова, – предложил Коулсвин.

– С превеликим удовольствием.

Ощутив легкий укол зависти при виде столь безоблачного семейного счастья, я простился со своими друзьями и пошел прочь. Мысли мои вертелись вокруг Эдварда и Джозефины Браун. Их ребенок уже должен был появиться на свет. Приехав в Норфолк, первым делом разыщу их, пообещал я себе.

Я шел куда глаза глядят; толпа, собравшаяся в начале переулка, ведущего к Картер-лейн, заставила меня остановиться. Пробравшись вперед, я увидел какого-то человека, который стоял на коленях, закрыв лицо руками.

Сквозь пальцы его струилась кровь; на булыжной мостовой алели кровавые пятна. Вокруг сгрудилось с полдюжины хохочущих солдат в белых мундирах, украшенных крестом Святого Георгия. На память мне пришли братья Болейн и маленький оборванец, на которого они устроили охоту. Впрочем, то, что происходило сейчас, было еще хуже. Толпа, по большей части состоявшая из ремесленников и подмастерьев – впрочем, было в ней и несколько женщин, – с интересом наблюдала за расправой, встречая одобрительными возгласами каждый новый удар. Получив очередной пинок тяжелым солдатским сапогом, несчастный застонал и схватился за стену, чтобы не упасть.

– Я не шпион, – твердил он с сильным шотландским акцентом. – Я живу в Лондоне уже десять лет и все эти годы честно работаю…

– Если ты шотландец, то почему не сражаешься вместе со своими соотечественниками? – крикнул кто-то из толпы.

– Да ты, видно, не знаешь, что такое честь! – рявкнул здоровенный солдат, судя по всему зачинщик.

Он поднял ногу, чтобы нанести очередной удар. – Эй ты, трусливый шпион, открой свою харю! Я отделаю тебя так, что и мать родная не узнает!

Толпа внезапно расступилась. К великому своему облегчению, я увидел внушительную фигуру в красной мантии, с золотой цепью на шее – то был лорд-мэр Эмкоут в сопровождении дюжины вооруженных дубинками констеблей. Лицо его, обрамленное длинной седой бородой, было искажено яростью.