Мертвая земля

 – С вами можно обсуждать вопросы, которые необходимо держать в строжайшем секрете? Предупреждаю: подробности дела, о котором нам предстоит говорить, производят тягостное и даже отталкивающее впечатление, а также способны породить множество гнусных сплетен.

– Тягостное и даже отталкивающее впечатление, сэр? – растерянно переспросил Николас.

Судя по вытаращенным от удивления глазам Овертона, подобного поворота он никак не ожидал. Я, впрочем, тоже.

Лицо Пэрри оставалось непроницаемым.

– Да, речь пойдет о вещах воистину ужасающих, – проронил он.

– Мастер Пэрри, я никогда не обманывал доверия своих клиентов, – произнес Николас.

Патрон повернулся ко мне, и голос его внезапно стал жестким:

– Я могу быть с вашим помощником совершенно откровенен, Мэтью? Вы уже поняли, что речь пойдет о вещах, выходящих за грани привычных представлений.

– Мастер Овертон доказал, что умеет хранить тайны, еще когда мы с ним служили покойной королеве.

Пэрри кивнул, улыбнулся и, вновь сияя приветливостью, похлопал Николаса по плечу:

– Извините, но я должен был об этом спросить.

Подойдя к письменному столу, он уселся за него, а нам указал на стулья напротив:

– Лучше перейти прямо к делу. Времени в нашем распоряжении не так уж и много. – Он подвинул Николасу чернильницу. – Записывайте, Овертон, но только имена и названия мест. И смотрите, чтобы ваши записки не попали в чужие руки. То, что я собираюсь открыть вам, до сей поры знали только три человека на свете: я, миссис Бланш и леди Елизавета.

Кстати, она лично выразила пожелание, чтобы этим расследованием занимались именно вы, Мэтью. – Пэрри сдвинул брови, словно бы сомневаясь в разумности подобного пожелания, и продолжил: – После нашей беседы она сама встретится с вами. Но прошу вас, в разговоре с нею не упоминайте жутких подробностей этой истории. Нам пришлось открыть все леди Елизавете, но, боюсь, ей едва не стало дурно.

Мы с Николасом переглянулись. Несомненно, речь сейчас должна была пойти вовсе не о спорах относительно очередного земельного участка.

– Вам доводилось когда-нибудь бывать в Норфолке? – повернулся Пэрри к Николасу.

Тот покачал головой:

– Нет, сэр. Я родом из Линкольншира и мало путешествовал.

– Я тоже ни разу не был в Норфолке, – сказал я. – Хотя, когда я защищал интересы бедных людей в Палате прошений, у меня было немало клиентов из этого графства.

– Думаю, вы оба слышали пословицу «Норфолк хитрит, простаков дурит», – с циничной ухмылкой произнес Пэрри.