Суверен

Посреди комнаты на каменном полу был устроен очаг. Стены некогда покрывала роспись религиозного содержания, но ее соскоблили, и жалкие остатки былой красоты придавали помещению неопрятный и унылый вид. Просторный холл был разделен деревянными перегородками на крошечные клетушки. Судя по тишине, сейчас там не было ни одной живой души – все обитатели бывшего лазарета занимались своими делами.

– Сэр Уильям не отличается излишней любезностью, – вполголоса заметил я.

– Да, он, как и все члены Совета северных графств, порой бывает слишком суров, – откликнулся Крейк.

 – Слава богу, мне не часто приходится иметь с ним дело. Вот ваши комнаты, джентльмены, – провозгласил он, сопроводив свои слова виноватым взглядом. – Надеюсь, вы не будете возражать против двух смежных каморок. В противном случае господину Бараку придется ночевать в палатках вместе со слугами. При таком нашествии представителей всех сословий трудно найти каждому место, отвечающее его чину и званию.

– Мы с помощником неприхотливы и вполне входим в ваше положение, – с улыбкой заверил я.

Крейк испустил вздох облегчения. Порывшись в бумагах, укрепленных на доске для писания, он отыскал какой-то листок и повел нас вдоль длинного ряда дверей, на каждой из которых был выведен номер.

– Восемнадцатая, девятнадцатая – да, вот эти комнаты ваши, – сообщил Крейк и сделал пометку в своем списке. – Был очень рад повидать вас после стольких лет разлуки, сэр, – с улыбкой добавил он. – Но к сожалению, я должен идти.

– Не смею вас задерживать, сэр.

Но надеюсь, мы с вами еще встретимся за кружкой эля и вдоволь поговорим о минувшем.

– Если позволит время, я буду счастлив. Но от всех этих хлопот, – он махнул рукой в сторону двора, – у меня голова идет кругом.

Отвесив нам прощальный поклон, Крейк удалился едва ли не бегом.

– Ну что ж, посмотрим, что за хоромы нам отвели, – буркнул я и повернул ключ, торчавший в дверях.

Всю обстановку крошечной каморки составляли узкая кровать и сундук. Я не мешкая скинул сапоги для верховой езды и с наслаждением растянулся на кровати.

Несколько минут спустя раздался стук в дверь, и в комнату вошел Барак с моей дорожной корзиной. Он тоже успел разуться и теперь разгуливал босиком.

– Господи боже, ну и воняют же ваши ноги, – проворчал я. – Но наверное, мои ведут себя ничуть не лучше.

– В этом можете не сомневаться.

В голосе Барака слышалась откровенная усталость.

– Давайте воспользуемся возможностью и как следует отдохнем, – предложил я.