Зима в Мадриде

Осмотреть его пришел врач и как будто остался доволен – наклонился над койкой и сказал:

– Слух вернется, барабанные перепонки целы. Вам нужно отдохнуть, понимаете? Лежите и набирайтесь сил.

– У меня нет выбора! – крикнул Гарри, а потом сообразил, что глухой-то он, а не доктор, и понизил голос. – Если я встаю с постели, меня начинает трясти.

– Это шок. Он тоже пройдет.

Так и случилось. Сначала Гарри стал подниматься с постели, потом выходить из палаты, потом гулять по двору. Однако ни выздоровление, ни победа воздушных сил в Битве за Британию не смогли излечить его от злости и стыда, возникавших всякий раз при воспоминании о бегстве из Франции.

Впервые в жизни Гарри ловил себя на мысли, что ставит под вопрос то, чему его учили в Руквуде: Англия – страна, которой суждено править миром, а заведенные у них порядки безупречны и правильны. Сейчас повсеместно побеждали фашисты. Гарри всегда их ненавидел, как в школе терпеть не мог лжецов и задир. Это давало ему моральную опору. В случае вторжения он будет сражаться по мере сил даже за эту сломленную, развалившуюся Англию. Именно поэтому он согласился на нежданный призыв поехать сюда, в Испанию.

Вдруг распахнулась дверь, и появился Толхерст со стопкой бумаг под мышкой. От неожиданности Гарри подскочил.

– Вы еще здесь, Бретт?

– Да. Наблюдал за феерией. Один из них обмочился.

– Маленький ублюдок получил по заслугам. Вы теперь в порядке?

– Да, все хорошо. Просто присел на минутку, чтобы собраться. – Гарри встал и посмотрел на свой костюм, с которого посыпалась на пол мука.

 – Мне нужно переодеться.

Толхерст открыл платяной шкаф и достал мятый темный костюм и фетровую шляпу. Гарри надел их. Костюм был мешковатый, с запахом пота.

– Я собирался отнести его домой и погладить прессом, – извиняющимся тоном сказал Толхерст.

– Ничего. Спасибо. Я думаю пойти домой, если во мне нет надобности. Я вроде бы все на сегодня сделал.

– Хорошо, – кивнул Толхерст. – Кстати, на следующей неделе будет вечеринка для младших сотрудников посольства.

В «Рице». Теперь это притон нацистов. Мы собираемся застолбить там территорию. Вы придете?

– Спасибо, с удовольствием. Спасибо, Толхерст.

– О, зовите меня Толли. Как все.

– Тогда вы зовите меня Гарри.

– Ладно. Но послушайте меня: не стоит ехать домой на метро, там опять обрыв электричества.

– Хорошо. Прогулка пойдет мне на пользу.

– Я отправлю ваш пиджак в чистку.

– Еще раз спасибо… э-э-э… Толли.

Гарри оставил Толхерста работать.