Каменное сердце

Стопки древних бумаг, иногда с красными печатями, болтавшимися на полосках крашеной ткани, были сложены на отсыревших полках и на старинных деревянных сундуках, поставленных друг на друга.

– Старое хранилище, – пояснил клерк. – Дела палаты опеки разрастаются со страшной силой, и все отведенное для хранения место уже использовано, поэтому нам пришлось перенести сюда бумаги, касающиеся тех подопечных, кто уже либо умер, либо вырос и тем самым вышел из-под опеки. A также дела умалишенных. – Повернувшись, Миллинг строго посмотрел на меня, и свет фонаря сделал его лицо еще более морщинистым.

 – Они не приносят никакого дохода, вы же понимаете…

Скверный воздух заставил меня закашляться.

– Теперь понятно, почему вы называете эту комнату Вонючей.

– Здесь никто не выдерживает долго… все мигом принимаются кашлять и задыхаться. Я не люблю ходить сюда, потому что в сырую зиму начинаю чихать даже в собственном доме. Я говорю начальству, что через несколько лет все эти бумаги просто-напросто склеятся от плесени, но меня никто не слушает.

Ладно, давайте-ка к делу! В каком году было вынесено заключение, которое вы ищете, сэр?

– Примерно в одна тысяча пятьсот двадцать шестом. Имя – Эллен Феттиплейс. Она из Сассекса.

Собеседник внимательно посмотрел на меня:

– А этим делом также интересуется королева?

– Нет.

– Значит, так: двадцать шестой год. Король тогда еще был женат на Екатерине Арагонской. Затем начались волнения, он затеял развод, чтобы обвенчаться с Анной Болейн… – Миллинг усмехнулся.

 – А что в результате? За этим последовали новые разводы и казни, так?

Клерк прошел мимо сундуков и махнул рукой в дальний угол.

– Вот где мы держим дела умалишенных, – пояснил он, остановившись возле ряда полок, заваленных явно влажными на вид бумагами. Приподняв фонарь, он выудил небольшую стопку. – Так, одна тысяча пятьсот двадцать шестой год.

Положив документы на каменный пол, Миллинг пригнулся и начал перебирать их. Чуть погодя он повернулся ко мне:

– Никаких Феттиплейсов, сэр.

– Точно? А нет ли похожих фамилий?

– Нет, сэр.

Вы уверены в том, что правильно назвали дату?

– Попробуйте посмотреть предшествующий и последующий годы.

Гервасий неторопливо разогнулся, открывая оставшиеся на рейтузах влажные следы, и возвратился к полкам. Как только он принес новую порцию документов, у меня запершило в носу и горле. Казалось, что мохнатый сырой налет на стенах начинает буквально проникать внутрь меня. Однако клерк еще не закончил свою работу.