Каменное сердце

Я просто не могу пойти на такое.

– Смотрите: в данный момент у Эллен есть крыша над головой и нечто вроде работы. Если вы вдруг начнете раскапывать фамильные секреты мисс Феттиплейс, тот, кто оплачивает сейчас ее пребывание в Бедламе, может просто-напросто прекратить это делать. И тогда смотритель выставит беднягу на улицу. Ну и куда ей идти в таком случае? К вам домой?

Я тоже вздохнул, ибо Джек говорил правду. Однако возразил:

– Я буду действовать тихо и осторожно. Сам понимаешь, что если я поеду в Портсмут, то никак не смогу удержаться от попытки выяснить, что именно случилось в Рольфсвуде много лет тому назад.

– А вы действительно туда поедете?

– Ну да, если только дело не закроют в понедельник. Слушай, завтра с утра я отправлюсь к олдермену Карверу, чтобы вызволить тебя из неприятностей, в которые ты угодил. За ним числится должок, так что, надеюсь, он мне поможет. После мы можем сходить к этому викарию, разведать, что ему известно о семействе Кертис.

Кстати, в понедельник Бесс придется посетить слушание по делу Кертисов. Я встречусь с ней в субботу. Не хочу, чтобы она узнала о том, как Майкл смотрел на тех мальчишек. Если, конечно, это вообще правда.

– Быть может, это они решили убить его?

– За сальные взгляды? Не говори глупостей!

– Но что, если викарий не сообщит нам ничего такого, что можно будет обратить против Хоббея?

– Тогда дело становится более сложным. Мне придется уповать на крайнюю жесткость обвинений Майкла и упомянуть, что право опеки было предоставлено слишком быстро.

Коли потребуется, я заявлю, что семейство Хоббей следует допросить. Если суд согласится, мне, возможно, придется самому съездить в Хэмпшир и снять показания. Кроме того, я повидаюсь с Дириком – но лишь после того, как мы максимально проясним обстановку.

– Если вы отправитесь в Портсмут, вам придется взять кого-то с собой. Это дело может оказаться грязным. Как и история Эллен.

– Ты никуда не поедешь, пока Тамазин не родит.

Джентльмен может путешествовать в сопровождении слуги, но я скорее добровольно вступлю в армию, чем возьму с собой Колдайрона. Ладно, как-нибудь договорюсь с Уорнером. – Я покачал головой. – Опека… А знаешь девиз Сиротского суда? Он вырезан у них над дверью. «Pupillis orphanis et viduis adiutor».

– Вы же в курсе, что я не владею латынью.

– Это означает: «Помощник опекаемым, сиротам и вдовам».