Сорок дней спустя

Мы в относительной безопасности, у нас есть вода и пища и, самое главное, крыша над головой. Не завидую тем, кто был наверху.

Но я отвлекся. Честно говоря, именно сегодня я начал вести дневник. Записи за прошлые дни сделаны задним числом, по памяти. Поэтому они такие длинные и пространные. Дальше буду краток.

Две новости. Плохая и очень плохая.

Плохая. Мы в ловушке. Пробовали все выходы со станции – нигде не пройти. Один из взрывов явно был наземным. Машинист – я все говорю по его словам – сказал, что тот наверняка вызвал разрушение всех подвалов и подземных сооружений в радиусе… черт его знает, забыл.

Досталось и метро, особенно новым неглубоким станциям и перегонам. Из-за подвижек осадочных пород и грунта, а также из-за каких-то нарушений технологии при строительстве. Торопились к сдаче, видать.

У покойного начальника станции оказались ключи к служебным помещениям, в том числе и вентиляционным шахтам. Машинист ходил проверять их. Вернулся мрачный. Все, говорит, тоже завалены. Обломками новостроек, которые понаделали наверху.

Точечная застройка, мать ее.

Слава богу, до нас вода не дошла. Зато «Березовая роща», похоже, превратилась в подводное царство. А в тоннелях восточного направления сплошные завалы.

Очень плохая. Продуктов хватит дня на четыре.

Что дальше?.. Даже любопытно.

День 3-й

Опять две новости. Но на этот раз есть хорошая.

Нашли выход! Возможно, одну вентиляционную шахту, ближе всего к станции «Доватора», можно попытаться очистить.

А плохая… Плохая в том, что наверху, по словам Машиниста, смерть.

Какой там уровень радиации и сколько до эпицентра, никто не знает.

День 6-й

Два дня было не до записей. Работали как герои-стахановцы.

На самом деле это были лучшие два дня нашего плена, хотя все уставали как проклятые и рисковали в любой момент быть погребенными под массой потревоженных камней. Зато у нас была цель и подобие единства.

Мы не были уверены, что сможем расчистить этот выход, но решили попытаться.

Вначале казалось, что завал представляет собой измельченный грунт и обломки, которые принесла с собой взрывная волна. Он говорил, каждый из них дает нехилый вторичный фон. Но об этом мы не думали, свобода казалась такой близкой.

Выгребали ведрами шлак, спекшуюся землю, похожую на песок, породу, кирпичное и бетонное крошево, оплавленные куски металла, даже фрагменты костей. Кто покрепче, носили крупные обломки.

И вот мы закончили. Проход был расчищен.