Утро новой эры

Он и раньше знал, что Дима относится к той группе российских офицеров, по которым люди посторонние обычно судили обо всех вооруженных силах. В силу своеобразной «кадровой политики» армия была наполнена теми, кто рад был бы найти более хлебное место на коммерческой ниве, да умом или амбициями не вышел. Именно они были героями анекдотов про недалеких вороватых прапоров или офицеров. Службу такие люди воспринимали как неизбежное зло и всеми силами пытались использовать это зло себе на благо. При любой возможности они меняли сферу деятельности на ту, где платили больше.

Стоит ли удивляться, что он повел себя так, а не иначе?

И все же Демьянов был рад видеть Иваненко. С тех пор, как они в последний раз разговаривали, стоя среди парализованных машин на Университетском проспекте, за полчаса до ядерной атаки, подполковник изменился. Осунулся, помрачнел, его левое веко нервно подергивалось. И все же выглядел он сытым и даже слегка пьяным. Демьянов знал, что сам смотрится куда более измочаленным.

Взять хотя бы круги под глазами – спал плохо. На обоих были заметны следы этих недель ада. Оба были бледны, так как не видели солнца уже больше месяца.

– Какие люди! Ну, здорово, Серега. Мир тесен.

Они пожали друг другу руки.

– Диман, вот так встреча. И многих ты оповестил? – Демьянов не смог сдержать сарказма.

– Да всех, кого надо, – спокойно ответил Дмитрий.

– Хорошо устроился.

– Не жалуюсь. Ты сам-то теперь где, все в своей яме торчишь?

– Пока еще да, – врать не было нужды.

Этим людям ничего от Убежища не было нужно.

– Как там мои орлы? – видно было, что спрашивает подполковник для проформы, судьба бывших подчиненных его мало интересовала.

– Молодцом.

– Ну, заботься о них получше. Вообще, я не думал, что из вашей затеи что-то выйдет.

Значит, и вправду похоронил заживо. Демьянов не знал, что ответить. Вместо этого он указал на пару огоньков в отдалении. Он знал, что это корпуса базы, до которой было километров пять.

– Офигеть. Аж отсюда видать. Кто это у вас там светомаскировку не соблюдает?

– Начальство, – скривился Иваненко.

– Так ты, значит, не самый главный?

– Где уж там. Есть тут аж три генерала: летун, танкист и МЧСовец. Даже ФСБшники и мэрия. Договориться до сих пор не могут, кто главнее. Я у них вроде завхоза. Ну, и по связям с общественностью, – он усмехнулся. – Ладно, пошли к вам в салон.