Лучшее лекарство

 – Закончила я свою гневную тираду и посмотрела с надеждой на своего отца, которому, кажется, этот доктор Роудс промыл мозги.

–И все же я считаю, что тебе лучше задержаться у нас Линдси. Ты докажешь мне, что совершенно нормальная и я тебя отпущу, обещаю. Ты не пробудешь здесь дольше положенного, – ответил непреклонный доктор.

–Папа, решающее слово за тобой, но только прежде чем принимать решение подумай о том, что ты будешь делать в пустом доме без меня? – Спросила я, умоляюще смотря на него.

–Я переживу это как-нибудь Линдси, главное, чтобы ты поправилась, – ответил отец.

–Но я здорова! – Снова возразила я.

–Конечно, конечно, – кивнул врач и улыбнулся мне.

–Боже! Я ненавижу вас! – Воскликнула я.

–Сейчас мы поставим тебе маленький укольчик, и все будет хорошо, – пообещал доктор Роудс и в палату тут же вошли санитары.

–Тебе будет лучше тут, Линдси, пока идет разбирательство с Джошом, он не сможет тебя достать, – сказал отец.

–Я не боюсь Джоша, – ответила я.

–Я принесу твои вещи, – сказал отец и вышел из палаты вместе с врачом, а высокий сильный санитар поставил мне укол, от которого я мгновенно уснула.

* * *

Очнулась я уже в другой палате. Мои руки больше не были связаны, но у меня не было сил даже подняться с кровати, так что о побеге можно было забыть. На окнах были огромные решетки, словно это была тюрьма, а не больница. По сути, это и была тюрьма для душевнобольных.

Рядом с моей кроватью стояла еще одна. Она была аккуратно застелена, а на тумбочке возле кровати стоял огромный плюшевый медведь.

Моей соседкой что была пятилетняя девочка?

Дверь в палату медленно открылась и в нее просунулась голова светловолосой девчонки с двумя косичками. На вид ей было как мне, но в глазах она все еще была ребенком.

–Привет Линдси, – улыбнулась мне она, заходя в палату полностью и закрывая за собой дверь.

–Привет, – ответила ей я.

–Меня зовут Кати, – представилась она.

–А меня Линдси, как ты уже знаешь, – пожала плечами я. – Кстати, откуда ты знаешь, как меня зовут?

–На бейджике написано, – ответила Кати и кивнула в сторону моей тумбочки.

На ней лежал одинокий бейджик с моим именем, который, видимо, я должна была носить. – Здесь все носят бейджики, чтобы было легче общаться, – пояснила она.

–Какой у тебя диагноз? – Спросила я ее.

–Тебе простыми словами сказать или умными? – Уточнила Кати.

–Простыми, – ответила я.

–Нежелание выходить из детства и отдаленность от реальности, – сказала Кати.