Вне зоны доступа

Она вздохнула и ничего не ответила. Мы вышли на дорогу. Воздух был свежий, как и всегда, но немного прохладнее, чем вчера. Повсюду разливался запах костра, а также тот колкий запах, который возникает, когда снежные шапки тают в тысячах футов над вами. Небо было голубое, будто на картинке.

– Но ты ведь не собираешься выходить замуж, правда? – тихо спросила она спустя одну или две минуты.

Она застала меня врасплох. Вместо ответа я проговорила:

– Мам, не будь такой жуткой.

– Если ты хочешь спросить, откуда я знаю, то вот откуда: у тебя нет того радостного предвкушения, которое бывает в таких случаях.

А еще ты не разговариваешь по телефону, только дважды взглянула на него с тех пор, как пришла. Единственная причина, по которой ты избегала бы своего телефона утром в день свадьбы, – это если ты не хочешь сообщать плохие новости миллионам своих подписчиков.

Что ж, а неплохо.

– Ладно, – вздохнула я. – Я не выйду замуж.

– О, черт…

– Все в порядке. В смысле… Я не знаю, нормально это или нет.

Я чувствую себя раздавленной.

– Имеешь на это право, это большой удар.

– Мне очень грустно.

– Я бы испугалась, если бы тебе не было грустно.

– И стыдно, – добавила я. – И это глупо, но я не чувствую… – Я никак не могла подобрать правильных слов.

– Разбитого сердца? – спросила она.

– Да. Я не чувствую глубокой тоски по Такеру или что-то в этом роде. – Я сделала паузу, обдумывая, как сказать то, о чем я думаю. – Ты помнишь, что когда Энди ушел от нас, мы так хотели поговорить с ним о нашем горе, и это только усугубило ситуацию в тысячу раз? – Прошло почти шесть лет с тех пор, как умер мой брат Энди, и мне все еще больно произносить его имя, даже спустя столько времени.

Мама просто кивнула.

– Так вот. Сейчас такого нет. Я не хочу обсуждать свои чувства с Такером. Я не скучаю по нему. Я даже чувствую небольшое облегчение. – Я остановилась. – Этот дом? – спросила я ее, потому что мы наконец-то добрались до первой подъездной дорожки после маминой.

Она покачала головой.

– Еще два, – бросила она, и мы продолжили подниматься, набирая высоту и приближаясь к скромному холму в конце дороги, красивой, легкой вершине под названием Маунт Уайлер.

– Сейчас у тебя, вероятно, просто шок, – предположила мама. – Скоро ты что-то почувствуешь, – предупредила она. – Тогда и будет ужасно.

Я неохотно кивнула, но мне хотелось бы, чтобы она могла сказать что-нибудь более ободряющее.

– Да, наверное, ты права. Но все же это немного не так.