Сбывшиеся мечты

На голове красовалась фуражка, из под которой выбивались тёмно-русые волосы, подёрнутые сединой. На его фоне я, в своём старом и поношенном платье, выглядела как нищенка, не смотря на то, что формально я была владелицей этого роскошного автомобиля и этот презентабельный мужчина работал на меня.

– Извините,– пискнула я и откашлялась,– как Ваше имя?

Он одобрительно хмыкнул и, развернув ко мне зеркало, посмотрел на меня через него добрыми голубыми глазами.

– Моё имя Василий,– улыбнулся он и вокруг глаз собрались морщинки,– но если Вам будет удобно, можете называть меня и Вася, госпожа Алина, я не обижусь.

– Мне будет удобно назвать Вас Василий, но я бы хотела, чтобы Вы обращались ко мне Алина, а то как-то непривычно,– нервно передёрнула я плечом.

– Не положено,– подобравшись и сев прямо, произнёс он.

– Ну хотя бы, пока никого нет рядом!– прозвучало резко и я недовольно поморщилась. Я нервничала и не хотела этого ему показать, но выходило ещё хуже.

Он хмыкнул и кивнул.

– Как скажете, Алина.

Я его обидела.

– Василий, это не приказ,– шмыгнула я носом,– это просьба, так мне будет комфортнее,– тихо произнесла я и неуверенно улыбнулась.

– Хорошо, Алина. Не переживайте так,– примирительно улыбнулся он и добавил серьёзно,– скоро ко всему привыкнете.

Я промолчала. Мы проезжали лес, в котором располагался интернат и выезжали на трассу, ведущую в столицу, где мне и предстояло жить последующие шесть лет, а там … Видно будет…

Несколько месяцев назад все выпускающиеся школьники заполняли анкеты, где была информация о нас.

Что мы любим/не любим, привычки, мечты, стремления и прочее. Я улыбнулась и осмотрела свою новенькую машинку и нежно погладила по сидению. Когда я заполняла анкету в графе о модели автомобиля моей мечты я ничего не указала, т. к. никогда в них не разбиралась и не интересовалась, а то, что я видела в фильмах и по телевизору, даже если мне и нравилось, то не до такой степени, чтобы интересоваться названием модели.

После заполнения анкет к нам приехал психолог и провёл с каждым из нас беседу.

С кем-то он разговаривал всего минут десять, с кем-то один час, со мной же он проговорил около пяти часов. Я вышла от него, похожая на выжатый лимон, но как он объяснил мне потом, это произошло потому, что я была закрыта даже от самой себя. Уверял, что в следствии собственной закомплексованности, я сама себя подавляю, в том числе и свои желания. А мои цели и задачи идут в разрез с моими истинными желаниями.