Петля реки времени. Роман

Цигун, йога, аюрведа, акупрессура, восточный массаж, медитация, – всё это за три года не только вернули ему форму, но и позволили повысить уровень мастерства. Алексей сошёлся поближе со своим учителем по боевым искусствам. Они стали в какой-то степени друзьями. Сэнсэй Дима, получивший инициацию мастера Будо в шаолиньском монастыре, научил его технике секретных, в том числе, смертельных ударов. Правда, сделал он это только когда окончательно убедился, что Алексей ни за что не будет применять их. За исключением ситуаций, связанных с угрозой для жизни.

Своей и близких. Таковых не возникало. Пока. И ещё. Мировоззрения Денисова отличались от людей, увлекающихся Востоком и его философией, парадоксальной, казалось бы, особенностью: он был православным. Ходил в храм, ингда причащался. Но сам считал себя, скорее, захожанином, чем прихожанином. Как сам он объяснял сей факт, из восточных практик взял самое лучшее, но глубоко в сердце почитал Иисуса и его заповеди. Всё-таки глубокие русские корни и вера предков давали о себе знать.

***

Довольно густой предрассветный туман не давал разглядеть в бинокль мост. Когда же под первыми лучами выкатившегося из-за горизонта Ярила молочная муть рассеялась, Денисов поднёс окуляры к глазам и обомлел… Мост был в прежнем, разрушенном состоянии. Таким они увидели его в первый раз – ни вооруженных фрицев, ни брустверов или вышек с пулемётчиками. На одном из разрушенных пролетов сидели три рыбачка и мирно удили рыбу…

В сильном волнении он растолкал ребят:

– Смотрите! Там моста нет! Вернее, есть, но старый! А тот с фашистами э-э…, короче, рыбаки сидят! – Лёшка от смятения сбивался, мычал что-то нечленораздельное, сильно размахивал руками и вращал вылезающими из орбит глазами.

Вырывая друг у друга бинокль, опять ничего не понимающие мужики стали разглядывать мост. Действительно, утреннее спокойствие и мирная благодать почти лубочной картинки привели их в очередной шок. Ласковое тёплое солнце, пробивающееся весёлыми лучами сквозь растущие на острове деревца, спокойное и ровное течение голубой воды, в которой отражалось почти такого же цвета небо, рыбачки с удочками, – всё это никак не вязалось со вчерашним свинцовым шабашем.

Однако, сморщенные, дырявые лодки и ещё не просохшие рюкзаки говорили о том, что случившееся не было кошмарным сном.

– В жизни никогда бы не поверил, что такая мистика – реальность, кавычками её по многоточию, – почёсывая в затылке, произнес Сергей.