Девушка в сердце

– Эй, – Эрик наконец отрывается от игры и хмурится, глядя на меня, – что за унылые вздохи? Ты знаешь, что в Высшей лиге нет никаких правил, которые запрещали бы принимать девушек.

– Да, и все же они еще не приняли ни одной.

– Значит, ты будешь первой.

– Ну конечно. Ты не хуже меня знаешь, что это мой последний сезон.

Эрик смотрит на меня с явным недовольством.

– Шарлотта Гастингс, ты – лучший хиттер [14 - Хиттер (англ. hitter) – игрок, который не играет на поле, но может заменить питчера, если тот не может выйти на игру или нуждается в замене по ходу матча.

] в нашем дивизионе, и у тебя лучшие показатели среди всех молодых кэтчеров штата. У тебя столько же шансов попасть в Высшую лигу, как и у каждого из нас, только вот ты заслуживаешь этого гораздо больше, потому что работаешь усерднее, чем все мы, вместе взятые.

Это неправда. Эрик работает так же усердно, как и я. Папа тренирует нас с тех пор, как нам исполнилось четыре года. Найти хорошего питчера-левшу не так-то просто, так что за Эриком уже охотится целая толпа спортивных скаутов.

Если он закончит этот сезон без серьезных травм – его ждет блестящая карьера в бейсболе.

А вот у меня совсем другой случай. Это просто суровая реальность. И все же, если Эрик хочет сделать комплимент моим спортивным талантам, то кто я такая, чтобы его останавливать? Дело в том, что это не просто слова: он правда верит, что я могу попасть в Высшую лигу. Я всегда была реалисткой, а вот Эрик искренне удивится, когда ни одна университетская команда ни проявит ко мне никакого интереса.

Он кладет руку на спинку моего сиденья и сжимает мое плечо. От этого объятия мне хочется растаять. В моем рейтинге объятий Эрик занимает второе место, сразу после моего папы.

– Не расстраивайся раньше времени, – говорит он. – У тебя все получится. Вот увидишь.

Он еще раз сжимает мое плечо, но не убирает руку со спинки моего сиденья. Мое сердце начинает биться еще сильнее. Раньше он никогда так не делал! Может, у меня все-таки есть шанс. Кстати говоря… Я делаю глубокий вдох.

Сейчас или никогда.

– Слушай… – я прочищаю горло, – это совсем не в тему, но…

Эрик искоса смотрит на меня, дожидаясь, пока я закончу предложение. Я мысленно ругаю себя за трусость и, небрежно пожав плечами, говорю:

– У тебя есть какие-нибудь планы насчет выпускного?

Он ухмыляется.

– Ага. Я иду с Шелли Тернер.

Он бросает эту фразу с таким безразличием, как будто это обычная беседа, а не драматичное признание в любви.